Продолжение. Начало см. "Ирек Муртазин. Записки арестанта"

19 марта 2010 года (пятница).

Около 5 часов утра был уже на ногах, чистил зубы, брился и собирался отправиться в комнату воспитательной работы почитать, пописать, побыть наедине со своими мыслями. Но не тут-то было: команда «Подъем!» прозвучала для всей секции, и мы – дежурная секция – отправились грузить мясо в КамАЗ. Всю неделю на свиноферме шел забой. Туши свозили в морозильник, а сегодня загрузили в КамАЗ и отправили то ли в Казань, то ли еще куда… В общем, в пятницу пришлось заниматься свиноприкладством (прикасаться к свиньям). Любой, даже самый завалящийся мулла сказал бы: «Харям!».
# # #
Приехали Егор, Рустик, Назиля, Света, Рушания – почти половина правления Гильдии предпринимателей. Предпринимательское мышление или есть, или его нет. У членов правления Гильдии явно есть.
- А не купить ли нам тут домишко? Будем приезжать, зная, что едем в свой дом – деловито начал рассуждать Егор (к слову, цена вопроса 2500 рублей).
- Мне сидеть осталось месяц – полтора, и что потом с этим домом делать? Жалко будет бросать, придется ездить и после моего освобождения… Так что не стоит ничего покупать.
- Ты, пожалуй, прав, не стоит.
Перед тем, как уехать, Света с Назилей пошли к руководству населения выяснить можно или нет приехать на свидание с мангалом, с шашлыками. После непродолжительной аудиенции, сошлись во мнении, что препятствий для шашлыка и мангала нет. Прямого запрета ни в одном нормативном акте не нашли. А раз нет запрета, значит, можно!

20 марта 2010 года (суббота).

Приезжал Васыл. Был недолго – проездом из Казани домой – в Кукмор.

22 марта 2010 года (понедельник).

В воскресенье Коля Бояров сломал руку. После освобождения Юры Черемисова, Бояров «сел на лошадь», с которой работал Юра. Лошадь оказалась с норовом, мотнула головой так, что Коля перелетел через неё и в руке у него что-то хрустнуло. Сегодня Колю повезли в Мамадыш, где зафиксировали путем рентгена 2 перелома, наложили гипс и на месяц освободили от работ.

23 марта 2010 года (вторник).

Всю ночь лил дождь. Если потепление будет продолжаться, то Дигитли может смыть…
# # #
Снова заезжал Васыл (на этот раз по дороге из Кукмор в Казань). Завез резиновые сапоги. Очень своевременно!
- Тут еще носки шерстяные. Без них сапоги не надевай, ревматизм схватишь.
Во истину, не имей сто рублей…
Когда бы я еще узнал «кто мне друг, кто мне враг». Рад, что не ошибся в друзьях. Никто не отвернулся, не испугался гонения «за компрометирующую связь с врагом народа».
# # #
О том, что приехал Васыл узнал в сельсовете. Часов в 9 пошел гулять по Дигитлям – реализовывать право, предусмотренное ст.129 ч.1 п.а УИК РФ о том, что осужденные к отбыванию наказания в колонии – поселении имеют право на свободное передвижение по территории поселения.
Посетил сельсовет, узнал, что в Дигитлях 58 дворов, 129 избирателей, которые 100% ходят на выборы и голосуют исключительно за «Единую Россию». А территория сельского поселения Дигитли раскинулось аж до Камы (это 15 км с гаком), и даже метров 200-300 на противоположном берегу.
Заскочил в «вольный» магазин. Самый разнообразный ассортимент – ассортимент спиртного. Насчитал 13 сортов только водки. А вот стирального порошка только 3 вида. Кондитерки – 3 вида печенья и 4 конфет. В общем, пей – не хочу.
Навестил Геннадия Павловича, забрал газеты и книги по муниципальному праву.

24 марта 2010 года (среда).

С утра 12 осужденных уехали в Мамодышский райсуд, на рассмотрение ходатайств об условно досрочном освобождении. Из нашей секции в Мамадыш уехали трое. Все трое – жертвы приказа №650 Министра МВД России. Если бы не этот приказ, то не Виталий с Раббазом, осужденные по ст. 119 ч.1 УК РФ, ни тем более, Станислав, схлопотавший год колонии-поселения по ст.222 ч.1 (хранение боеприпасов), вряд ли оказались бы в Дигитлях. Виталий с Габбазом, которые по пьяному делу оказались по статье УК РФ отделались бы административным арестом. А Станислав и ареста избежал бы, потому как 2 патрона ему подбросили, а суд не захотел выяснить, откуда эти патроны попали ему в карман (при этом без отпечатков его пальцев).
Тут недавно заехал из Набережных Челнов Эдик Шерстнев. Несколько дней приходил в себя с жуткого похмелья. И только протрезвев, узнал, что его приговорили к 2,5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении за хранение 4 патронов, которые он в глаза не видел, и которые оказались в его кармане явно не без помощи сотрудников милиции, озабоченных набиранием «галочек» о раскрытии преступления.
# # #
Приехала Марина Юдкевич и «Вечерней Казани». Вместе с фотокором и разрешением УФСИН РФ по РТ на посещение колонии-поселения и осуществления фотосъемок. Поговорили о житье-бытье…
А еще главред «ВК» прислал вопросы и предложение выступить одним из экспертов на тему «Что же будет с Родиной и с нами…» после вступления в должность президента РТ Рустема Минниханова.
Пока Марина общалась с ИО начальника колонии (начальник в отпуске) ответил на вопросы ВК. Свои записи вручил ИО начальника колонии, мол, секретов от руководства нет, а передавать на волю записи, минуя цензуру, запрещено.
- А как твои дневниковые записи оказываются на воле? – поинтересовался один из сотрудников КП-17.
- А я их надиктовываю. Во время свиданий…
# # #
Не успела уехать Марина, как приехали Леша Демин и Яна Амелина. У них разрешения УФСИН РФ по РТ не было, поэтому своих журналистских удостоверений даже не показывали, а оформились, как «друзья осужденного».
Вместе с Алексеем и Яной приехала и жена. А еще – Игорь Веселов.
Игорь всё-таки тихой сапой?, но добивает избиркомы Декабристского округа. Уголовное дело по факту фальсификации выборов возбуждено. Правда, чем всё это кончится. Одному Богу известно. Без политической воли едва ли удастся довести до скамьи подсудимых членов комиссии. Впрочем, даже с такой волей все фигуранты дела попадут под амнистию.
# # #
Вернулись уехавшие в суд в Мамадыш. Похоже, что судья националист. Отказал в удовлетворении УДО трем русским. В том числе, Виталию из нашей секции. А он так рассчитывал, что сможет быть рядом с супругой, когда она будет рожать их первенца (в начале мая). Ради УДО Виталий денно и ношно корячился на ремонте столовой. В принципе, администрация КП-17 поддержала ходатайство Виталия об УДО. Но суд решил, что рано ему еще на волю, что не исправился он еще окончательно и бесповоротно.

25 марта 2010 года (четверг).

Пятерых осужденных увезли в Мамадышский райсуд «на перережим». Двое заявили ходатайства о смене колонии-поселения на исправительные работы.
А трое поехали не по своей воле, а по инициативе администрации ФБУ КП-17, считающим, что этим осужденным в Дигитлях не место. А место – в колонии общего режима.
Накануне суда подготовил ряд ходатайств «перережимам». О переносе заседания, об исключении доказательств, о вызове свидетелей.
Все трое, кого хотели отправить в колонии общего режима, пока вернулись. Рассмотрения дел отложили. У Жени Спиридонова между тем 23-го в ВС РТ было рассмотрение его кассационной жалобы на постановление Мамадышского райсуда об отказе в УДО. Женя отслужил срочную в спецназе ГРУ в Чечне. И не судить его надо было бы, а лечить. Лечить от посттравматического синдрома. Как лечили в США ветеранов Вьетнама, как лечат сегодня тех, кто воевал в Ираке.
# # #
Подготовил кассационные жалобы на отказ Мамадышского районного суда об удовлетворении ходатайств об УДО Степанову, Хрустову, Куртаеву.

26 марта 2010 года (пятница).

Ровно четыре месяца назад на моих запястьях защелкнулись наручники. Целая вечность! Сколько еще мне быть в несвободе – одному Богу известно.
# # #
Получил ответ УФСИН РФ по РТ, который признал абсолютно законным лишения меня доступа к правосудию путем отказа предоставить краткосрочный отпуск для участия в заседании ВС РТ.
Придется обжаловать в суде… правовой волюнтаризм УФСИНовцев.

27 марта 2010 года (суббота).

Всем известно, что насильников на зонах не жалуют. Видимо, потому, что «арсетантам ничто человеческое не чуждо», на месте изнасилованной могла оказаться дочь, жена, сестра тех, кто отбывает наказание. Насильников сразу «опускают», весь срок они – неприкасаемы, живут отдельно, едят исключительно из своей посуды, на общение с ними – табу.
Есть свои «опущенные» и среди женщин. В касту неприкасаемых автоматически попадают те, кто на воле занимался проституцией. И хотя табу на общение с проститутками в колонии-поселении нет, но чрезмерно тесное общение с «опущенными» женщинами, например, еда из общей посуды, чревато тем, что в «опущенных» может оказаться и вполне добропорядочная женщина.
Все вновьприбывшие, особенно «самоходы» (т.е. добравшиеся до Дигитли самостоятельно, а не транзитом через следственный изолятор) получают по этому поводу подробнейшую «инструкцию» от тех, кто уже «не первый день замужем». Инструкции эти выполняются безукоризненно. Но иногда происходит сбой. Как произошло с девушкой из Бугульмы.
В первое время её часто навещали родственники и друзья. Привозили передачи, оставляли деньги. В столовую она не ходила. Постепенно сдружилась с «опущенными», которых здесь называют «камазиками» (потомучто еду из столовой они забирают в «камазиках», которыми не знаю почему называют банки из под майонеза).
Сдружилась, делилась передачами, что называется «ела из одного котелка» с «камазиками». А потом навещать её перестали. Кончились домашние разносолы, кончились деньги. Вскоре прошла и «дружба». «Камазики» оказались коварными, мол, нафига нам тебя кормить – поить, дуй в столовую.
Возможно, что это было провокация. И она удалась. Когда девушка из Бугульмы, уже давно произведенная в «камазики» за слишком тесное общение с проститутками, пришла в столовую и поела «на общем основании», мужская половина колонии взбунтовалась и не пошла на ужин. Администрация КП-17 бунта «не заметила».
На завтрак тоже никто не пошел. «Не заметить» было уже трудно. Несмотря на субботу почти вся администрация КП-17 съехалась в Дигитли.
Ближе к полудню мужскую половину колонии собрали в комнате воспитательной работы.
- Чего вы хотите?
- Не хотим, чтобы вы опускали нас в один ряд с проститутками. Мы не хоти есть из «загаженной» посуды.
Работницы столовой поклялись-побожились, что посуда, из которой ела девушка из Бугульмы, была тут же изъята «из оборота».
Администрация пообещала, что «отступница» больше не будет ходить в столовую на общих основаниях.
На этом конфликт был исчерпан, «бунт» подавлен в зародыше.
Внешне вся эта суета выглядит средневековой дикостью, но рациональное зерно в требовании арестантов оградить их от «камазиков» всё-таки есть. Дело в том, что почти все «камазики» ВИЧ-инфицированы, у многих вдобавок – венерические болезни попроще, Гепатит С и пр. вирусная напасть. Посуда в столовой моется не проточной водой, а в чанах, что, естественно, не может обеспечить должную санобработку использованной посуды.
Репрессии же в отношении «отступницы» (не проститутки и не больной) носят профилактический характер. Потому что если «не обратить внимания на отступничество», спустить ситуацию на тормозах, завтра вся колония может оказаться во власти «камазиков». Потому что их уже слишком много. И они сплоченные, наглые, не брезгующие стукачеством, ложными доносами и провокациями.
# # #
Звонил домой. Оказывается Валерий Сергеевич Маркелов, один из экспертов по моему уголовному делу, написал заявление Геннадию Баранову (председателю ВС РТ). Так, мол и так, экспертиза по книге Муртазина не проводилась, экспертной оценке подверглись только отдельные цитаты, представленные следователем. Говорил, мол об этом в ходе допроса в суде, но при вынесении приговора это обстоятельство было проигнорировано. В конце заявления Маркелов попросил Баранова учесть сведения, изложенные в заявлении, при рассмотрении надзорной жалобы Муртазина.
Не всё так безнадежно, как кажется! Не перевелись ещё в Казани порядочные эксперты!
# # #
А над Дигитлями дует такой ураганный ветер, что, кажется, снесет к чертям собачьи всю колонию-поселение.

28 марта 2010 года (воскресенье).

Погода нормализовалась, ветер стих, далеко окрест установилась лепота. Весна!
# # #
Вечером сидел в библиотеке, когда туда вошел оперативник.
- Как жизнь, как настроение?
- До Вашего появления было намного лучше.
- Грубите, Муртазин?
- Отнюдь. Констатирую факт. До того, как Вы вошли, я занимался своими делами, читал. А сейчас мне придется отвечать на Ваши вопросы.
- У Вас нет желания поговорить со мной?
- Ни малейшего.
- Почему?
- Не вижу смысла. Вы – сотрудник администрации, я – осужденный. У меня нет ни малейшего желания смотреть преданно Вам в глаза, заискивать, потому что мне не нужно ни УДО, ни вообще ничего от Вас. Лишь бы Вы и Все сотрудники администрации неукоснительно соблюдали Закон.
- Мы соблюдаем.
- Не смешите. Колония – это территория беззакония.
- Серьезное обвинение…
- Это не обвинение, это констатация фактов.
- Доказательства?
- не вижу смысла приводить их. Изменить что-либо не в Ваших силах.
- И всё-таки.
- Да взять хотя бы право свободного передвижения по территории колонии-поселения. Оно гарантировано ст. 129 ч 1 п а УИК РФ. А здесь это требование Закона игнорируется. Весь уклад жизни колонии направлен не на исправление осужденных, а на превращение их в зомби, человекообразных зверьков. В результате – общество получает людей, которые для общества стали куда опаснее, нежели они были до появления здесь, потому как у зверьков, высвободившихся их клетки, вполне могут проснуться звериные инстинкты.
- Вы, наверное, правы. Тут как-то отбывала наказание девушка. Срок у неё был вполне приличный – по 158-ой (кража), она что-то там украла для того, чтобы купить дозу. Так вот, в колонии она вела себя ниже травы, тише воды и мы поддержали её ходатайство об УДО. Но оказалось, что зря. «Подъемные» и деньги, полученные на дорогу в кассе колонии, она потратила на наркодозу. И умерла от передозировки…
Вот так и поговорили. Понятно, что ничего осмысленного мне написать не удалось. Как обычно! Это возможно, увы, только по утрам, до подъема, когда ты действительно один на один со своими мыслями.
# # #
Перевод часов на час вперед арестанты встретили шутками-прибаутками, что сроки сократили на целый час. Правда не всем, лишь тем, кто освободится до конца октября.

29 марта 2010 года (понедельник).

Отнес в спецчасть кучку заявлений (свой и ещё нескольких арестантов) о предоставлении возможности… сдать кровь, как донору. Оперативник поинтересовался:
- Зачем вам это?...
- Чтобы вам не досталась… - отшутился я – Чтобы не пили кровинушку нашу, лучше сдать её самим.
Начальник колонии, который сегодня вышел на службу после отпуска, был предельно краток:
- Предоставим возможность. Свозим в Мамадыш.
# # #
В спецчасть же отнёс и заявление в Мамадышский райсуд о призании незаконным решения администрации ФБУ КП-17 об отказе предоставить мне краткосрочный отпуск для участия в заседании ВС РТ (Раз не удалось найти правду в УФСИН РФ по РТ, попробуем найти её в суде. Но надежды на это мало.)
# # #
С удивлением узнал, что из тюрьмы в колонию-поселение я приехал с двумя выговорами. За нарушение режима пребывания в следственном изоляторе. Посмотреть бы хоть одним глазком на приказы о наложении взысканий…
# # #
Прогулялся по Дигитлям. В сельсовете узнал, что со съемом квартиры в частном секторе ситуация, действительно, аховая. Ну и черт с ним! Уже привык к жизни в секции.
Заскочил к Мамонтову, забрал свежих газет.

30 марта 2010 года (вторник).

Весна, похоже, окончательно наступила. Ещё пара дней такой теплой погоды и Дигитли вполне могут превратиться в остров, куда можно будет проехать разве что на танке, или хотя бы на тракторе.
Надо будет посмотреть «за климатической обстановкой» и в четверг позвонить в Казань, запретить приезжать.
# # #
Начальник колонии совершил личный обход «своих владений». Заходил и в нашу секцию. Спросил:
- Есть вопросы?
- Не рассмотрели ли наши заявления о донорстве? – спросил я.
- Рассмотрел. Увы, не получится. Оказывается, в Мамадышском районе нет пункта приема крови. Я звонил в райбольницу, узнавал…
Как там говорил Александр Сергеевич? «Души прекрасные порывы». Вот и душат, и душат…
# # #
Получил в спецчасти копии материалов о наложении взысканий (в ИЗ-16/2). Из них следует сделать два вывода: 1) Не верь, 2) не верь никому. Но обо всём по порядку.
Первый выговор меня, честно говоря, позабавил. Оказывается, взыскание было наложено в декабре. Из приказа начальника ФБУ ИЗ-16/2 полковника В.А. Шуркова следует, что моё нарушение выразилось в «нарушении правила изоляции, а именно осуществление межкамерной связи с лицами, содержащимися в соседних камерах». К приказу приложено две бумажки. Акт о том, что я отказался «от дачи объяснительной». И рапорт прапорщика галлиевой, в котором записано: «…в 23.10 в камере №4/3 осужденный…Муртазин…осуществил межкамерную связь с с/а Габсалямовым из камеры 4/2. На замечания не реагировал».
Что означает сокращение «с\а» я так и не расшифровал. Но знаю, что Габсалямов – это человек в криминальном мире более известный как «вор в законе» Гриня. И этот рапорт, и приказ о взыскании в моем арестантском личном деле, видимо, появился не спроста. Возможно, что это какие-то далеко идущие планы, смысл которых мне пока не понятен. Но… «Межкамерная связь» с «вором в законе» звучит очень забавно.
А вот второе взыскание, объявленное мне в следственном изоляторе, заставило серьезно задуматься.
18 января (а это был понедельник, потому что 15 января, когда ВС РТ рассматривал мою кассационную жалобу, была пятница) меня вывели из камеры и привели в комнату оперативников, где потребовали написать объяснительную по поводу того, что 16 января, днем я спал, при этом под одеялом, при этом цинично не реагируя на замечания. Объяснительную написал, мол, брехня всё это, 16-го весь день читал «крутой маршрут» Гинсбург.
После обеда всех моих сокамерников куда-то стали уводить. Одного, второго, третьего. Обратно никто не возвращался. В конце-концов в камере я остался один. Вскоре все вернулись. И поведали мне веселую историю о том, что их пытались заставить написать объяснительные о том, что я спал. И все говорили, что не поддались на уговоры и угрозы и не пошли на наговор.
А теперь выясняется, что «сломались» не все. За исключением тех, что сломался. Ни Юра из Атни, ни Ильдар из Агрыза, ни Коля из Тетюш, ни Рашид и Ташкента не стали на меня наговаривать. А кто всё-таки поддался? Кого «развели», убедив, что «все уже написали»? Миша Пилитус из Зеленодольска. Ну с этим всё понятно. Хлюпик… Но вот от кого не ожидал, так это от Антона (имя изменено). Того самого, который однажды уже сидел, а сейчас находится под следствием по обвинении в двух убийствах, бандитизме и участии в ОПГ.
Мы с Антоном ещё в одиночке сидели… Вернувшись в камеру в этот день, он вместе со всеми возмущался непорядочности «ментов» и бил себе в грудь, что не стал ничего писать. Но оказалось, что написал. Правда, написал ерунду. Дословно: «…у нас в камере содержится осужденный Муртазин. Он в это время спал. Когда сотрудник учреждения сделал ему замечание, что в дневное время расправлять кровать и спать запрещено. Он эти слова проигнорировал и продолжал спать. Написано собственноручно. Без физического и морального давления».
Кто-нибудь может объяснить, как можно сделать замечание спящему? Наверное, его надо сначала разбудить? Ну да ладно, пусть этот наговор останется на совести Антона.
Дальше события развивались так. Через пару дней меня вызвали к оперативникам и предъявили приказ о наложении взыскания. Я в нем расписался, что ознакомился, но приписал, что требую копию, поскольку намерен обжаловать. Копию приказа я так и не получил, но обжаловать обжаловал. Написал заявления в Кировский районный суд и УФСИН РФ по РТ о том, что приказ – липа, что моя «шконка» в камере стоит так, что не зайдя в камеру, сотрудник физически не сможет «сделать замечание», а в камеру он не заходил. В заявлении в Кировский районный суд приписал ходатайство о том, что прошу вызвать в суд всех обитателей камеры №33.
Когда на утренней проверке вручил свои заявления, в камере весь день ломали голову как нас поведут в суд и как в суде будут допрашивать свидетелей. Из клетки или не из клетки? Или поставят еще одну клетку? Одну для заявителя, вторую для свидетелей.
В этот день меня вывели из камеры и привели к замначальника ИЗ-16/2 по оперативной работе.
- Присаживайся. Курить будешь? – майор решил сразу расположить меня к себе, выложив на стол пачку «Мальбора».
- Буду. Но свои. – достал из кармана четвертый «Кент», закурил.
Майор тоже закурил:
- Что будем делать с твоими заявлениями?
- Отправлять адресатам. А вообще, как они у тебя-то оказались? 31-я ст. УИК запрещает перлюстрацию корреспонденции в адрес судов, прокуратур, уполномоченному по правам человека…
- Ирек, давай договоримся – перебил меня майор, - ни твоих заявлений, ни приказа о наложении взыскания не было.
- Если не было приказа, то мои обращения в суд и УФСИН – становятся абсурдными. Получится, что я обжалую то, чего нет. Если нечего будет отменять, то значит нечего и обжаловать.
- Значит, договорились?
- Зачем договариваться? Всё в ваших руках. Нет приказа – нет смысла и в их обжаловании.
- Договорились значит?
- Мыло мачало… Всё в ваших руках.
- Значит договорились? В твоем личном деле этого приказа не будет…
Время показало, что хотя мы ни о чем и не договаривались, но приказ о наложении взыскания в моем личном деле остался. А вот мои обращения адресатам так и не были отправлены. К тому же, приказ о наложении взыскания был подменен. Тот текст приказа, в котором была моя роспись и приписка о намерении обжаловать его из дела исчез. Зато появился акт о том, что я отказался и от ознакомления с приказом и от объяснительной.
Придется обратиться в соответствующие органы о проведении проверки и возбуждении уголовного дела по ст. 286 УК РФ («превышение должностных полномочий»), поскольку подменяя приказа и уничтожение моих обращений в суд и УФСИН – это не просто халатность, это должностное преступление.

31 марта 2010 (среда).

В «Вечерней Казани» вышел огромный материал о прошлом и будущем Татарстана в связи со сменой первого лица республики. Собственно публикация появилась еще вчера, но до Дигитли газета добралась только сегодня.
«Срикошетила» эта публикация и по мне. Думал, что администрация уже привыкла к моим «пешеходным прогулкам» по Дигитли. В строгом соответствии со ст.129 УИК РФ, согласно которой осужденные, отбывающие наказания в колонии - поселениях имеют право свободно передвигаться по территории колонии-поселения. Но сегодня что-то произошло. Моя прогулка с посещением сельсовета и Геннадия Павловича завершилась требованием написать объяснительную. Написал. Посмотрим, чем всё это кончится. Но сдается мне, что после публикации В – ВК = из Казани поступила команда «закрутить гайки», чтобы «осужденному Муртазину некогда было размышлять о прошлом и будущем родной республики».

6 апреля 2010 года.

1 апреля меня вызвали на дисциплинарную комиссию, сразу после которой препроводили в штрафной изолятор – отбывать взыскание в виде пяти суток штрафного изолятора или как говорят и арестанты, и администрация КП-17, ШИЗО.
В постановлении начальника колонии о наложении взыскания было записано, что я наказан за то, что покинул «жилую зону».
В ШИЗО попал в районе обеда, от которого отказался. Принесли бумагу, в которой написал, что от приема пищи отказываюсь. А ещё написал заявление на имя начальника колонии о том, что объявляю голодовку с требованием неукоснительного соблюдения положений ст.12 (права осужденных) и 129 (порядок отбывания наказания в колониях-поселениях) УИК РФ. Понимая, что выполнение этих требований вряд ли возможно без вмешательства надзорных органов, написал, что прекращу голодовку в случае предоставления возможности встретиться с прокурором по надзору за соблюдением законности в исправительных учреждениях и уполномоченным по правам человека в РТ.
Первые три дня голодовки дались легко и непринужденно. Критическим оказался четвертый день, когда есть хотелось невыносимо. Чтобы притупить чувство голода много пил. Но помогало мало. К исходу пятых суток чувство голода прошло, в животе перестало урчать. Привык?
На четвертый день мне перестали носить бумагу, где после каждого «приноса» пищи я расписывался, что от еды отказываюсь. Видимо, поняли, что голодовка – это не пустой треп.
День рождения прошло в ШИЗО и без еды. Как не запомнить такое? Не каждому доводится провести день рождения в каменной клетке с бетонным полом, сыростью и непроветриваемым, застоявшимся воздухом, с тусклым светом, с железными нарами, которые откидываются в 20.30 (отбой) и снова убираются к стенке и фиксируются на замок в 4.30 (подъем).
Вышел из ШИЗО 6-го апреля. Сразу попал на выездное заседание Мамадышского районного суда, на котором решался вопрос об изменении режима содержания в отношении трех осужденных и о применении условно-досрочного освобождения в отношении чуть ли не десятка арестантов.
В итоге двоих отправили в колонию общего режима, одного (Женьку Спиридонова) оставили в КП-17, троим отказали в УДО, остальных – освободили.
# # #
Голодовка продолжается. Хотя часть требований уже выполняется. Администрация ФБУ КП-17 спешно оформляет на работу осужденных. Люди по несколько месяцев, а то и полгода работали за «спасибо», а тут, вдруг, их начали оформлять на работу.
# # #
Когда суд принимает решение об удовлетворении ходатайства об условно-досрочном освобождении осужденного, счастливец освобождается в день принятия судебного решения. Так было раньше. Сегодня освобождаемых было так много, что не успели подготовить документы и всех получивших УДО оставили в колонии ещё на полдня. На них лица нет. А вроде бы что такое полдня или даже сутки? Когда прожито в колонии долгие-долгие месяцы, а то и годы? Оказывается эти «лишние» часы – пытка пострашнее ШИЗО.

7 апреля 2010 года.

Среди ушедших по УДО был и Паша Козлов. Паша всю жизнь ходил по морям-рекам-океанам капитаном маломерных судов. Ему под 60, он уже давно пенсионер. В колонии оказался по ст.119 УК РФ (угроза убийством) – фактически по воле министра МВД Нургалиева и его печально известного приказа №650 согласно которому каждый участковый ОБЯЗАН отправлять одно дело в суд ЕЖЕМЕСЯЧНО. Вот участковые и отправляют. Террористов-то, убийц да насильников ловить сложно, на это мозги нужны и желание. А преступники по 119-ой – всегда под рукой.
В колонии Паша работал банщиком. А освобождаясь, показал мне где, что да и как работает и насоветовал:
- Просись в баню. Работа не пыльная. Зато можно чуть ли не каждый день ходить мыться. Я смотрю ты это дело любишь.
А чем черт не шутит? Написал заявление. Так мол и так, прошу рассмотреть возможность предоставления мне работы «специалиста по обеспечению функционирования банно-прачечного пункта».
Это уже четвертое моё обращение о трудоустройстве. Первое заявление было об открытии «пункта оказания юридической помощи осужденным и сотрудникам ФБУ КП-17». Естественно, получил отказ. Кто бы сомневался! Тем не менее, за время пребывания в Дигитлях подготовил два десятка кассационных и надзорных жалоб, ходатайств об отсрочках исполнения приговоров и применении нормы о «домашнем аресте». Люди идут и идут. Стараюсь помочь всем, кто обращается. Единственное табу – ни при каких условиях не буду помогать тем, кто оказался здесь по ст. 228 – распространение наркотиков.
Второе обращение о трудоустройстве было о назначении меня библиотекарем. Снова отказ. В представлении руководства библиотекарь – чисто женская должность. Чтобы книги стояли ровнехонько, полы блестели, на полках своевременно протиралась пыль. В итоге В библиотеке сегодня можно услышать такие, например, диалоги (сам слышал!):
- Дай что-нибудь почитать.
- Возьми вот эту красненькую книжку.
- Интересная?
- Не знаю.
- Нет, дай лучше вон ту беленькую. Она выглядит посимпатичнее…
В третий раз о работе заговорил, увидев автобус ПАЗ, стоящий на прикопе. Предложил реанимировать машину, перебрать двигатель, ходовую. Но, увы, этот трудовой порыв зэка Муртазина тоже не был услышан.
Невероятно, но заявление о работе в бане было удовлетворено. С сегодняшнего дня – ответственность за банно-прачечное обслуживание дигитлинских зэков лежит на мне. Работа не хитрая. Следить за тем, чтобы в нагревательном баке было достаточно воды (датчиков нет, контроль уровня воды – исключительно через люк сверху бака). Чтобы температура воды была соответствующая. Менять тепы, в случае их выхода из строя. Менять краны в бане, опять же в случае износа. Обеспечить работу прачек, которые стирают постельное белье всей колонии – за это тоже я несу ответственность.
# # #
А голодовка продолжается. Хотя это и неимоверно трудно. В ШИЗО было проще. Открывалось накамерное окошко, я говорил «нет» и до следующего «приема пищи» не было никаких соблазнов. А тут… Кажется, что все только и делают, что едят, едят, едят… Поэтому весь день провел или на улице, или в бане. Забегая в спальную секцию только для того, чтобы попить минералки или «голого» чая. Забегая довольно-таки часто.

8 апреля 2010 года.

Так и не смог дозвониться до сестренки, у которой сегодня день рождения.
# # #
8-ой день голодовки. Мутит. Похудел килограммов на пять. Это не точно, чисто визуальная оценка, потому как взвешиваться негде. Хожу на автопилоте, как сомнамбула, еле волоча ноги, шаркающей стариковской походкой.
# # #
Вечером приехал прокурор по надзору за соблюдением законности в исправительных учреждениях. О визите высокого гостя говорило хотя бы даже то, что все офицеры – прапорщики – сержанты колонии были на рабочих местах, заставляли арестантов наводить лоск в спальных помещениях, в «жилой зоне» и пр. и пр. Но к нам прокурор так и не поднялся. Старожилы зубоскалят, что «поехал на пасеку пить водку, а с утра, если сможет, навестит и нас» (у колонии есть своя пасека, говорят, что есть там и «база отдыха» для хлебосольного приёма проверяющих и прочих высоких гостей).

9 апреля 2010 года.

Прокурор, действительно, приехал. Конечно, он не производил впечатление человека, страдающего похмельем, но выглядел не очень уверенно.
Высказал ему все свои претензии по поводу невыполнения требований ст.12 и ст.129 УИК РФ. Обещал разобраться. «Пльзуясь случаем» попросил разобраться и с моими выговорами, «приехавшими» из ШИЗО! Дал бумагу, продиктовал данные прокурора Кировского района Казани, велел написать заявление на имя кировского прокурора. Написал.
Чтобы не было впечатления, что прокурор приехал в Дигитли из-за моей голодовки, он принял ещё несколько человек. И уехал. Будем ждать результата.
Поскольку требования, заявленные мною, частично выполнены (по наполеоновскому принципу: «Требуй невозможного, получишь – максимум!») голодовку решил прекратить. Пошел на обед. Но за восемь с половиной суток организм, похоже, отвык от еды. Похлебал пол тарелки супа (только бульон), но не успел отойти от столовой, как пища попросилась обратно – вырвало меня… Болят мышцы. Как будто пробежал километров пять, а до этого с год не бегал.
# # #
Звонил в Казань. Все меня ругают. За голодовку. И жена, и родители, и друзья. Мол, не надо конфликтовать с руководством колонии. Как они не могут понять, что голодовка – это был единственный способ заставить услышать себя. А позволить не то что сломать, но даже нагнуть себя я не могу. Если бы мог, то не сидел бы сейчас в Дигитли. Стоило мне покаяться, броситься в ноги Шаймиева, то был бы совершенно другой приговор – даже не условный срок, а штраф тысяч в 50 или 100.
Втянуть голову в плечи, вести себя ниже травы, тише воды – значит показать, сто я сломлен, что отрекся от своей жизненной позиции, могу позволить себе не обращать внимания на нарушения Закона. Я ведь не урна, не требую к себе и к другим осужденным какого-то особого отношения, создания каких-то исключительных условий отбывания наказания. Единственное, чего я хочу добиться – это неукоснительного соблюдения буквы и Духа Закона. Здесь и сейчас Закона об условиях отбывания наказания в колониях – поселениях.
# # #
После вечерней проверки комната воспитательной работы была забита до отказа. Все, затаив дыхание, смотрели программу «Время» - единственный официальный источник информации с воли. Когда ведущий программы сообщил о том, что Госдума преступила к рассмотрению Постановления об амнистии и о том, что этот акт коснется от силы двухсот человек, участников Великой Отечественной, по комнате воспитательной работы прокатился вздох разочарования.
Дигитлинских зэков понять можно. Многие, отбывающие здесь наказание – это жертвы приказа Министра МВД №650, расписавшего сколько уголовных дел в месяц должен выдать на юра каждый сотрудник милиции. Вот они и выдают. Зачастую высасывая преступления из пальца. Или оформляя преступлениями семейные конфликты (особенно преуспели в этом участковые, которым по приказу № 650 предписано ежемесячно отправлять в суд одно уголовное дело).
Вот история 58-летнего Назипа С. Не имея возможности платить квартплату, продал квартиру в Альметьевске, купил дом в деревне. Как-то разобрал сарай и начал распиливать доски на дрова. Позвал на помощь сына. Сын – лоботряс не спешил на помощь отцу. После пятого или шестого приглашения Назип в сердцах крикнул, что отрежет сыну голову ножовкой (Хазер башынны кисам!»), отбросил ножовку и пошел в дом. Мимо проходил участковый. Услышал угрозы и… забрал с собой сына. Оказалось, что лишь для того, чтобы убедить того написать заявление на отца. Убедил. Назип получил год лишения свободы по ст. 119 («Угроза убийством»).
Резида Г. (22года). Получила кредит в 20 000 рублей. Но начался кризис, доходы девушки, работавшей парикмахером, резко упали, кредит стал неподъемным. Коллекторы оказались дотошными, девушке дали 4 месяца колонии – поселения по ст. 159 ч 1 (Мошенничество). Из них 2,5 месяца Резида провела в тюрьме.
Таня С. (19 лет) на спор с подругами угнала автомобиль начальника УФСБ по Бугульме. Легко отделалась. Всего год колонии – поселения.
Эдик Ш. беспробудно пил. Даже не понимал, что от него хотят участковый, дознаватели и прочий служивый люд. Считал их хорошими людьми. Потому как…наливали. Эдик подписывал какие-то бумаги, а взамен получал стакан на опохмелку. Даже на суде Эдик был пьяным. Пришел в себя где-то через неделю, как его привезли в Дигитли. И только здесь узнал, что он получил 2 года за незаконное хранение боеприпасов (у него в кармане было «обнаружено» четыре патрона).
Антон К. (23 года) отдыхал с друзьями на квартире своей тетки (без спиртного). Предложил прокатиться по городу. Один из друзей ехать отказался, но дал Антону ключи от машины, мол, вы езжайте, а я спать хочу. Далеко Антон не уехал, разбил машину. Друг, испугавшись отцовского гнева, написал заявление об угоне. Читал приговор и поражался близорукости суда: «Воспользовавшись тем, что потерпевший спал, К. достал из-под подушки ключи от машины». Покажите мне еще хоть одного человека, кто кладет ключи от машины под подушку. Антон получил 3 года.
Эльвира М. (21 год) «угнала» машину своего друга. Покаталась по городу, а когда её остановили ДПС-ники, позвонила другу, мол, меня остановили гаишники, права есть, но нет доверенности, забери меня и машину. Машину другу не отдали, загнали на штраф стоянку, а самого хозяина начали «убеждать» написать заявление об угоне. После нескольких часов «убедительной работы» автовладелец сломался, написал то, что от него требовали. И хотя на суде он говорил, что Эльвира не угоняла машину, что он не имеет к ней никаких претензий, суд «потерпевшего» не слушал и приговорил Эльвиру к 2,5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в колонии – поселении.
Слава Н. (20 лет) влюбился. Всерьез и надолго. Любовь оказалась взаимной. Но родители избранницы парня не взлюбили потенциального зятя. Слава «получил» 1 год колонии – поселения по ст. 134 («Вступление в половую связь с несовершеннолетней»). Пока шло следствие да суд, сидел в тюрьме, где провел 4 месяца.
И таких историй здесь – пруд пруди. И все они ждали амнистии. Не вышло.

10 апреля 2010 года (суббота).

День равноденствия! И в суде и в Дигитли провел по 68 дней. И сколько мне еще предстоит провести здесь – одному Богу известно.
А Баранов (председатель ВС РТ) поступил порядочно. Не стал дожидаться 30 суток, которые он на вполне законных основаниях мог протянуть, а сразу отказал в удовлетворении надзорной жалобы. Так что теперь можно выходить на Москву, в решении которого не сомневаюсь. Отказ Баранова в удовлетворении надзорной жалобы привез отец…
Когда я был маленьким, отца я видел редко. Когда я вставал, он был уже на работе, когда ложился спать, он был еще на работе. Сейчас вижу его чаще. Если бы я не запрещал, он, наверное, каждую неделю приезжал бы.

11 апреля (воскресенье).

Так и не смог дозвониться до московского адвоката, с которым надо бы обсудить некоторые аспекты надзорной жалобы в Верховный суд России. У таксофона, установленного Дигитли, нет выхода на московские номера.
# # #
Завершился первый «банный день», который тянется три дня. В пятницу и субботу моются женщины (их около 90 человек), воскресенье – мужики (их около 60). Моются с утра и до вечера, только успевай воду закачивать.
«Банный день» прошел без эксцессов. Уже перед самим отбоем чистили водосточный котел, из которого выгребли ведер 20 известкового осадка (похоже, что бак давно не чистили!). Пришлось поменять и один (из трех) перегоревший тэп.
# # #
Начальник колонии провел воскресный обход своих владений. Приходил и к бане. Подошёл ко мне, встал. И я стою. Смотрим друг на друга, молчим.
- Почему не здороваетесь.
- Вы не в форме, вроде бы как и не начальник колонии, а частное лицо. А в этих случаях первым здоровается более воспитанный. Позволить себе быть более воспитанным, чем вы не могу.
Дальше был разговор «не о чём». О моей работе, о суде, который рассмотрит мои возражения по поводу Постановления о ШИЗО, о том, что писать ходатайства об УДО я не собираюсь.
Разговаривая, проходим мимо женской курилки. Женщины встают, начальник колонии, находясь в неплохом настроении, шутит:
- Сидите, сидите, всё равно сидите…
Да уж. Теория относительности в действии. Независимо от того, чем занимаются обитатели колонии – сидят, лежат, работают, едят – они всё равно сидят.
К слову, о сидельцах. Ещё раз. Сказать, что все здесь жертвы приказа № 650 было бы неправильно. Чуть ли не половина колонии – наркоманы. Которые ради дозы готовы на всё. На кражи (ст. 158), мошенничество (ст. 159), проституцию. Среди этих осужденных-наркоманов – 20 ВИЧ-инфицированы. Ещё у десятка Гепатит С. В массе своей это полностью деградированные личности. Независимо от того, сколько они проведут в Дигитли, едва освободившись, они снова будут добывать дозу. Практически все. И даже не скрывают своих намерений.
Женщин-наркоманок назвать женщинами трудно. Столько мата, сколько я услышал из уст этих женщин здесь, в Дигитлях, не слышал за все свои 46 лет жизни. Но они даже не замечают своего мата. Это язык их общения. По другому они не умеют. Потому с сотрудниками колонии они практически не разговаривают, когда к ним обращаются кротко опускают глаза, отвечая на вопросы однозначно – «да» или «нет». Потому-то на сотрудников администрации колонии они производят впечатление раскаявшихся исправившихся осужденных и очень часто получают условно-досрочное освобождение.

13 апреля 2010 года (вторник).

Вычистив водосборный бак от огромного количества осадков в виде, по всей видимости, извести, забили краны подачи воды в баню. Пробивали-пробивали, не пробили. Пришлось сливать воду. Почти полный бак кипятка. Женщины набежали с ведрами, пошли стираться. Мое предложение открыть баню, чтобы люди стирались там, зачем разводить сырость в спальных помещениях, а воду всё-равно надо сливать, услышано не было. Не положено, значит не положено.
Слили воду и прочистили трубы часам к пяти вечера.
Работали вместе с Андреем Фоминым. Андрей плохо откликается на своё имя. Привык к тому, что все зовут его Фомой. Не только осужденные, но даже сотрудники колонии. За что Андрей попал в колонию не знаю (не видел приговора, поэтому не знаю, не совсем доверяя тому, что говорит он сам и другие осужденные - к слову, если пишу о чьих-то делах-судьбах, значит, видел – читал приговор суда), но сидит он давно, больше года. И человек для колонии очень нужный. Он и электрик, он и сантехник, и специалист на все руки. Нередко Андрея забирают на работы местные жители, которым то проводку надо починить, то еще что. Работы согласовываются с администрацией колонии, поэтому Андрей свободно ходит по поселку. Рассчитываются с ним… едой.
# # #
На вечернюю проверку неожиданно пришел начальник колонии. Произнес речь:
- Очень много вопросов про амнистию. Есть разные проекты амнистии. При хорошем раскладе освободятся «аварийщики», первые части не тяжких статей. Мы подсчитали, у нас могут уехать домой до 130 человек.
После проверки подошел к начальнику колонии:
- Вы зачем напрасно обнадеживаете людей? Знаете же, что массовой амнистии не будет. 47 депутатов-единоросов отозвали свой проект, предусматривавший освобождение из колоний России до пятидесяти тысяч человек. По тому проекту, который будет рассматриваться 14 апреля «уйдут» только ветераны Великой Отечественной да блокадники. Человек двести на всю Россию… Да, возможно, в ходе обсуждения могут «кинуть кость» еще каким-то категориям. Да, кстати, амнистия никогда не бывает по статьям УК, она всегда в отношении категорий граждан. А дальше уже решается по каким статьям в отношении этих категорий граждан применяется амнистия , а в отношении каких статей – нет. Так что говорить, что все «аварийщики» (совершившие ДТП с трупом или даже с трупами) будут амнистированы – излишне. Этого не было ни в одном, даже проекте о самой массовой амнистии.
Оказалось, что ничего этого начальник колонии не знал. Но не растерялся:
- У людей должна быть надежда.

14 апреля 2010 года (среда).

Ночью выпал снег. Много-много. Белого-белого. Вот тебе и весна. Снова развезет дороги и в Дигитли снова можно будет проехать только на вездеходе.
# # #
Приезжал какой-то служитель православной веры (ни имени, ни церкви, которую он представляет я, увы, так и не узнал, потому как не очень-то и хотел узнать). Никакого «опиума для народа» не привез, проповедей не произносил, никому ничего не навязывал. Зато привез пасхальных куличей да яиц, печенья да варенья. В обед и ужин колонисты не нарадовались, поминали добрым словом и православную веру и Пасху… По свидетельствам старожилов на Курбан-байрам праздником здесь и не пахло. Имамы да муллы приезжают в колонию лишь для того, чтобы призвать к терпению, смирению да почитанию власти.
# # #
Вечером комната воспитательной работы была заполнена арестантами. Все ждали, что «Время» хоть что-то скажет пор амнистию. Не сказало.
Но зато рассказало о новых антикоррупционных инициативах Дмитрия Медведева. Слушал-дивился. С какой луны он свалился? О какой нетерпимости к коррупции можно говорить? Если реальная антикоррупционная деятельность в виде издания антикоррупционного бюллетеня «Казанские Вести» лично для меня обернулись годом и 9 месяцами колонии – поселения?
В ходе суда, к примеру, выяснились факты, свидетельствующие, что если бы не антикоррупционный бюллетень, то процесса могло и не быть. Работники чебоксарской типографии так и показали суду, что сотрудники милиции, изымавшие три типографии, все документы, касающиеся печати «Казанских вестей», говорили, что «в газете опубликовано что-то такое, что нельзя печатать безнаказанно». Оно и видно, в бюллетенях этих что ни публикация – работа для силовиков.
Но, увы, суд эти показания проигнорировал. И пусть не десятки тысяч, а лишь несколько сот человек знают, за что реально сидит Муртазин. И у этих людей желание быть «нетерпимым к коррупционным правлениям» могло поубавиться.

15 апреля 2010 года (четверг).

Кондитер Адама Смита, помнится, пёк превосходные булочки не потому, что сильно любил эти самые булочки, а потому, что знал – плохие булочки никто не будет покупать, и он разорится. А если будет печь превосходные булочки, покупать их будут всё больше и больше, объем производства будет увеличиваться, как будет расти и объем добавочной стоимости. В общем, сочетание общественного интереса и интереса личного позволяют жить припеваючи, не забывая откладывать и на черный день, и на старость.
Я, конечно, не кондитер. Но мой личный интерес – бриться с комфортом, а не абы как, держа в одной руке зеркальце, в другой – бритву, заставили меня предпринять усилие, чтобы в бане появилось настенное зеркало.
Зам по тылу натиска не выдержал. Зеркало привезли, и сегодня в помывочной появилось зеркало. Удобно мне – удобно и другим арестантам. Как учил Адам Смит!
# # #
Малика снова отправили в ШИЗО. На этот раз, якобы, за отказ от работы. На самом деле от работы он не отказывался, а попросил официально оформить его трудовые отношения, как это предписано ст.129 УПК РФ. Не оформили. Отправить в ШИЗО намного проще.
# # #
Артур Г., получивший 8 лет колонии – поселения за ДТП, печальным итогом которого стали 2 трупа, всю неделю отчаянно тосковал. В свои 20 лет Артур влюбился. Или не влюбился, но ему было очень хорошо, пока он мог каждый день видеть её, разговаривать с нею… Но 6 апреля она была условно-досрочно освобождена и уехала в Казань.
А сегодня она приехала в Дигитли, на свидание с Артуром. Много ли человеку надо для счастья?
# # #
Звонил домой. Юрий Семенович настаивает, что с надзорной жалобой в ВС России нельзя торопиться, и подать её надо вместе с альтернативной экспертизой. Возможно, что он и прав. Только моё мнение: чем позже будет подана надзорная жалоба, тем проще будет социальной группе «представители казанской власти» продавить «нужное» решение. Поговаривают, что один из зампредов Верховного Суда России – приятель Рафаэля Гималова. Того самого Гималова, которого вполне можно назвать «крестным отцом» Метшина, мэра Казани, человека, который, не сомневаюсь, тоже приложил руку к тому, что я сейчас нахожусь в Дигитли.
Подоплека моего уголовного дела такова, что я был осужден именно потому, что слишком близко подобрался к коррупционным схемам пресловутой «социальной группы». К тому же начал издавать антикоррупционный бюллетень, в котором что ни материал – то возможность – при наличии политической воли – возбуждать уголовные дела в отношении конкретных коррупционеров, а не пустопорожняя болтовня о необходимости усилить, искоренить, пресечь делишки абстрактных носителей этой российской напасти.

16 апреля (пятница).

Удалось позвонить в Москву, Юрию Семеновичу. Поблагодарил за то, что он для меня делает. Попросил передать слова благодарности Александру Евгеньевичу за моральную и финансовую поддержку.
Юрий Семенович убедил меня, что без повторной экспертизы книги подавать надзорную жалобу в ВС России не стоит. А экспертиза пока не готова. К слову, экспертиза по книге Пентковского «Нелюбимая страна» готовилась в ЭКЦ Минюста России 11 месяцев. Экспертизу по «Последнему президенту» обещают сделать быстрее – к середине мая, или к концу, но не позже.
Звонок в Москву стал возможен благодаря очередной комиссии по поводу моей голодовки. Вопрос с реализацией права, предоставленного ст.112 УПК РФ был решен сходу. Таксофон не обслуживает выход на Москву? Зато городской номер в «дежурке» обслуживает. В общем, сидел за рабочим столом оперативного дежурного, который был вынужден притупить бдительность по контролю передвижения осужденных через мониторы, на которые выведены картинки с десятка камер видеонаблюдения.
Казанскую комиссию возглавлял полковник Кандыба. Он какой-то заместитель начальника УФСИН РФ по РТ в Названии должности которого есть слова «по правам человека». Но, похоже, что в понимании Канбыбы «человеки» - это сотрудники администрации на страже интересов которых он стоял и будет стоять.
Еще несколько офицеров, приехавшие с Кандыбой были попроще. Один из них напрямик предложил:
- Ирек, может пока приостановишь свою правозащитную деятельность. Понимаю, что ты не должен здесь сидеть, что тебя «заказали». Но мы люди маленькие. Выйдешь – воюй дальше с кем хочешь. Нам-то зачем этот геморрой мозга?
- Но я же не требую каких-то особых условий отбывания наказания – 100г виски по утрам и омаров на обед… Я прошу всего лишь уважать и выполнять требования закона. Конкретно ст.129 и ст.112 УПК РФ. И всё! Неужели это так трудно?
# # #
Из Мамадышского районного суда пришла весточка: предложено устранить недостатки заявления в признании незаконным Постановление начальника ФБУ КП-17 о наложении взыскания в виде 5 суток ареста. Судья предложил до 19 апреля оплатить госпошлину, представить опиум злополучного Постановления и копию заявления для ответчика. Ладно, копию для ответчика перепишу. А вот как быть с копией постановления и госпошлины? В общем, похоже, что меня хотят лишить доступа к правосудию. Будем думать что делать…

18 апреля 2010 года (воскресенье).

Самое тяжелое, к чему невозможно привыкнуть в лишении свободы, к чему нельзя привыкать, если хочешь сохранить в себе человеческое – это лишение возможности делить радости и печали с теми, кто тебе дорог, решать их проблемы, помогать им переносить тяготы непростой жизни.

19 апреля 2010 (понедельник).

Отнес в спецчасть дополнение к заявлению в Мамадышский райсуд о признании незаконным и необоснованным постановление о наложении взыскания в виде ШИЗО.
Устранить «недостаток» в виде неуплаченной госпошлины, увы, не смог. Его физически невозможно устранить, ввиду того, что негде оплатить эту пошлину. Пришлось написать ходатайство о предоставлении отсрочки. Будем ждать, что еще придумает Мамадышский райсуд, чтобы затянуть рассмотрение жалобы.
# # #
Завершился второй банный день – трёхдневка с новым банщиком. Некоторые наблюдения. После воскресной помывки мужской половины колонии – в предбаннике всё выглядит вполне сносно, а вот после пятницы и субботы, когда моются женщины, в предбаннике – куча окурков, забытые лифчики, трусики, колготки.
«Хозработники» (правильнее было бы сказать «хозработницы», но на разводе по рабочим местам дежурный по КП-17 говорит «хозработник») плюются:
- Бабы в колониях перестают быть бабами, а превращаются черт знает во что.
И это говорят женщины!
# # #
Сегодня в бане должен был быть санитарный день, но, увы. Для бани санитарный день, в моём представлении, это когда можно просушить баню, день, когда никто не должен мыться. Но когда есть горячая вода, один моется в виде «исключения», второй, третий. В итоге таких набралось человек пятьдесят, треть колонии.
Следующий банный день (по графику) – в среду. Надо будет слить воду и не включать тены. Может тогда баня просохнет?

20 апреля 2010 года (вторник).

Дознаватель ОМ №3 «Зареченский УВД» по Казани старший лейтенант милиции Г.Д. Найсарова вынесла Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Минтимера Шаймиева по ст. 129 ч 3 УК РФ. Своё решение дознаватель мотивировала тем, что слова «угроза, шантаж», которые я, якобы, использовал в отношении Шаймиева, не может квалифицироваться как вымогательство, следовательно, Шаймиев, не обвинил меня в вымогательстве, а значит и не распространял в отношении меня сведений, не соответствующих действительности.
В общем, «все свиньи – равны, но некоторые равнее». Прямо по Оруэллу! Когда Шаймиев позвонил Киршину, тут же была создана следственная бригада, около пятидесяти сотрудников МВД РТ начали копать-рыскать, назначили экспертизы… Когда я обратился к Киршину, он отфутболил моё заявление в МВД, те перенаправили в УВД, которые в свою очередь перепасовали ОМ №3 «Зареченский», где заявление попало в руки дознавателя Найсаровой, которая не усмотрела признаков преступления в том, что Шаймиев рассказал толпе журналистов небылицы…
# # #
Начальник колонии вечером сидел в курилке, разговаривал за жизнь с осужденными. Присоединяться к разговору не было никакого желания, обходил курилку стороной, но всё равно попался на глаза Кашапову, он начал сам:
- Как говорится, «обидно-досадно, но ладно». Получается, то я плохой, а прокурор – хороший.
- Что случилось-то? – поинтересовался.
- Да вот газеты пишут, что мы превращаем тебя в узника совести.
- Не читал. Дайте почитать, тогда можно будет говорить предметно.
- Да лежит у меня «Вечерняя Казань», понаписали.
- Не читал. Не могу говорить. Дадите почитать?
- При чем тут мы? Какой из тебя «узник совести» - Кашапов меня словно не слышал, продолжал говорить о своём.
- Что написала «Вечерка» - не знаю, не читал. Но к превращению меня в «узника совести» вы, действительно, не причастны. Но то, что закон не для вас не священен – это факт. – перехватываю нить разговора. – Отправив меня в ШИЗО, вы переступили закон.
- Но ты же покинул «жилую зону».
-Да нет в УПК такого понятия, как «жилая зона». А на нет и суда нет. Тем более наказания. А с Вашим Постановлением, думаю, суд разберется. Не думаю, что суд будет руководствоваться подведомственными приказами. Для любого суда превыше всего Законы! Во всяком случае, так должно быть!

21 апреля 2010 (среда).

В бане сегодня должен быть санитарный день. Решив, что сегодня баня будет сохнуть, не стал включать тэпы. Так что горячей воды сегодня в бане не было. Мужиков это не остановило. После пыльных работ заскочили, ополоснулись, никаких претензий. А вот женщинам пришлось говорить о том, что бане тоже нужен банный день, что иначе она скоро прогниет и рухнет. И произойдет это намного быстрее, чем кажется. Что нельзя каждый день устраивать в бане постирушки и практически не закрывая кранов. Вроде бы убедил.
# # #
В библиотеке – новый библиотекарь. Похоже, что с возможностью посидеть, почитать, пописать в библиотеке, к чему потихоньку уже начали привыкать сотрудники, придётся распрощаться.
Библиотекарь – из новеньких, 21-летняя Лиля Ф., получившая 2 месяца и 1 (один) день за 17-тысячный кредит, который оформила на свой паспорт подруге, а та не стала выплачивать… Подругу Лиля не сдала, кредит в итоге заплатил её муж, но девушку, тем не менее «оформили» по 159 ст. УК (мошенничество).
Весь день в библиотеке было столпотворение. К новым лицам всегда повышенное внимание. Особенно к тем, кто приехал своим ходом, а значит, привез домашних разносолов, да и с деньгами. Оказалось, что Лиля за сутки раздала «в долг» полтора блока сигарет и около 1000 рублей денег. В том, что вернут хотя бы половину, сильно сомневаюсь…

22 апреля 2010 (четверг).

Самый ожидаемый день в колонии – поселении – четверг. Это для нашей секции. Потому что именно в четверг – официально, по графику наша секция получает право воспользоваться таксофоном. Конечно, ст. ст. 112 и 129 УИК РФ предоставляет колонистам право неограниченного количества телефонных звонков и при экстренной необходимости звоню не только в четверг. Но эти «внеграфиковые звонки» даются слишком нелегко. А от в четверг звоним без шума и нервотрёпки.
Выглядит это так. 16.00 человек семь-восемь (иногда больше, иногда меньше) спускаемся из ж»жилой зоны» к штабу, где стоит таксофон. И начинаем звонить. Рядом стоит сотрудник, который слушает, как бы кто чего лишнего не наговорил. Тут же стоят другие осужденные, которые тоже невольно слушают твой разговор.
# # #
Перешли на летнюю форму одежды. Мужики на построениях стоят в черных робах, в черных кепках. Можно подумать, что не зэки, а немецкая зондер-команда.
А женщины – в белых косыночках. Как «сироты казанские».

23 апреля 2010 (пятница).

Приезжали ребята из Гильдии. Егор, Рустик, Света, Назиля. Поговорили. О прошлом, о настоящем, о будущем.
# # #
Из Мамадышского районного суда пришло определение об отказе в принятии к производству жалобы об отмене постановления о водворении в штрафной изолятор. Основания – неуплаченная госпошлина. Суд упорно считает это дело вытекающим из искового производства. Написал новое заявление. О том, что согласно ст.12 ч 2 и ст. 15 УПК РФ осужденные имеют право обращаться с заявлениями и жалобами в судебные органы. А согласно ст.397 п15 УПК РФ суды рассматривают «вопросы, связанные с исполнением приговора», в том числе «о разъяснении сомнений и неясностей, возникающих при исполнении приговора». Напомнил, что осужденные находятся в таких местах, где нет возможности оплатить госпошлину. И требование суда оплатить госпошлину – это, фактически, лишение осужденного возможности «доступа к правосудию» для обжалования действий администрации исправительного учреждения. Посмотрим, что на это скажет суд. Заявление отдал в понедельник.
# # #
Начался банный день женщин. Повели в баню и Ольгу С. Женщина выглядит лет на 67-70, хотя ей всего 52. У неё ампутированы ступни ног. В колонию попала по ст. 158 ч.2 УК РФ. Украла 6 кур. Вместе с подельником, который перекидывал туши бройлеров через забор птицефабрики. А Ольга их подбирала. Двух кур подельщики съели сами. Трёх – продали. На продаже четвертого погорели. И подельник, и Ольга получили по 1 году лишения свободы. Подельник – общего режима, Ольга – колонии- поселения. Ольга довольная жизнью. Здесь её и кормят, и поят, и в баню водят. Никаких забот! Огорчается, что срок у неё слишком маленький, пройдет быстро и снова придется думать о хлебе насущном.

24 апреля 2010 (суббота).

Подготовил надзорную жалобу Свете С., которая получила 3,5 голода колонии-поселения по двум «кровавым» преступлениям. Сперва суд дал ей 2 года за украденную у матери мантыварку. Потом еще 2 года – за СВЧ-печ, которую она тоже умыкнула у матери. Методом частичного сложения наказаний окончательно Свете определили 3, 5 года колонии – поселения. А 3-4 года назад вряд ли кто мог подумать, что девушка станет матерой преступницей.
В 18 лет девушка вышла замуж. В 19 родила сына, в 2 0 – еще двух сыновей – двойняшек. В 21 – мужа посадили. В тот же 2007 год умер её отец. Света с горя запила. И допилась до лишения родительских прав и 3, 5лет лишения свободы. За украденную (у мамы) и пропитую кастрюлю (мантыварку) стоимостью 4 000 рублей и СВЧ-печ, стоимостью 5 000 рублей, украденную, но возвращенную потерпевшей (матери), поскольку пропить не успели.
# # #
Ребята из Гильдии привезли и газет. Но если «Республика Татарстан», «В и Д» и «Казанские Ведомости» спокойно пропустили, то «Честное слово» и «Звезду Поволжья» до сих пор не отдают, мол, надо посмотреть, что там написано.
Сегодня, когда начальник колонии обходил свои владения, зада ему вопрос:
- На каком основании администрация ФБУ КП- 17 игнорирует конституцию России?
- Мы не игнорируем – растерялся подполковник Кашапов.
- Цензура СМИ в России запрещена. А мне не отдают газеты, потому что они у оперативника. Если бы это были письма мне или от меня, тогда - нет никаких проблем. Прелюстрация почты – священная обязанность оперативного работника, но чтение газет и принятие решений – передавать газеты осужденному или нет, это не его дело. Если в них напечатают что-то противозаконное, то с этим разберутся другие органы.
Разговор закончился тем, что начальник колонии пообещал, что в понедельник газеты мне вернут.

26 апреля 2010 (понедельник).

Ровно 5 месяцев прошло с того дня, как завершилось оглашение приговора и меня назвали преступником. 2 Месяцев! 152 дня! Именно столько я не хозяин своему телу, не хозяин свои планам. Единственная свобода, которая у меня осталась – это свобода мысли. Свобода любить тех, кого люблю. Свобода скучать по тем, по кому скучаю. Свобода считать негодяями негодяев, дураками – дураков, казнокрадами – казнокрадов… Этого у меня никто не отнимет.
# # #
Вернули газеты, привезенные ребятами из Гильдии.

27 апреля 2010 (вторник).

Приезжали отец и Ильхам. Привезли надзорную жалобу в ВС России. Надзорку подготовил сам еще пару недель назад, сейчас она добралась до колонии – поселения уже в набранном и напечатанном виде. Вычитал, подписал. В Москве она будет уже после праздников.
# # #
Отец привез кипу газет, которых здесь мне очень не хватает. Погрузился в море информации. По газетам истосковались и другие колонисты, всё общежитие превратилось в избу-читальню.
# # #
Ребят, живших в частном секторе, «подняли» в общежитие. «Частники» очень надеются, что мера эта – временная, связанная с «усилением бдительности» на период майских праздников.
# # #
Таня С. – угонщица машины офицера УСБ, оказывается, сидит в ШИЗО. Сегодня её водили в баню. Как и положено в наручниках. Это при том, что завтра у неё «звонок» - день освобождения. В связи с отбытием срока наказания. И домой девушка уедет прямо из ШИЗО.
# # #
Начальник отряда на вечернем построении объявил, что амнистии не будет. Из женской половины строя раздались возгласы разочарования:
- Как не будет?
- «Хозяин» обещал, что из Дигитли «уйдут» до 130 человек?..
- Депутаты – пидоры, убили надежду…
Спрашивается, зачем надо было обнадеживать людей призрачными надеждами?
# # #
В женской половине поймали «крысу» - осужденную, подворовывающую «мелочевку» - Косметику, еду и пр. – у своих товарищей по несчастью оказавшимся в колонии – поселении.
Колонистки настроены решительно, хотят обрить воровку налысо.

28 апреля 2010 (среда).

9 человек поехали в Мамадышский райсуд на рассмотрение их ходатайств об условно-досрочном освобождении.
Повели в суд и Малика. В отношении него администрация ФБУ Кп-17 внесла очередное представление об изменении режима с колонии-поселения на колонию общего режима.
Накануне вечером подготовили с Маликом пяток ходатайств для рассмотрения суда. Об отложении дела, об ознакомлении с материалом дела, о вызове свидетелей, о том, чтобы я представлял его интересы в суде. Приготовили (на всякий случай) и кассационную жалобу на постановление суда (которого еще нет). В любом случае, не думаю, что Малик успеет до колонии общего режима. Дело в том, что 19 июня у него оканчивается срок и при самом неблагоприятном раскладе освободится он из следственного изолятора, куда его должны будут этапировать в случае удовлетворения представления администрации о смене режима.
# # #
Логику Мамадышского районо суда по удовлетворению или отказу в удовлетворении ходатайств об условно-досрочном освобождении понять совершенно невозможно. Всё слишком субъективно. Сегодня у судья, похоже, было хорошее настроение, и он практически всё ходатайство удовлетворил. А вот если бы с утра жена наорала, ребенок подпортил настроение и суд облачился бы в мантию в прескверном расположении духа, мог бы всем отказать. И управы на такого судью практически нет. Потому что он принимает решения, в том числе и прежде всего на основании «своих внутренних убеждений». Сегодня его убеждения благоволили осужденным, и почти все, писавшие ходатайства об УДО, поехали домой.
А суд над Маликом не состоялся. 2Выстрелило» одно из наших ходатайств и процесс перенесли на 5 мая.
# # #
Чем больше читаю казанских газет, тем больше хочется вскликнуть, что в Татарстане царит «страх касты привилегированных выскочек за свой завтрашний день». Вообще-то это не мои слова. Это давным-давно сказал Лев Троцкий о политике Сталина. Но как точно подходят эти слова под ситуацию в Татарстане.
Шаймиев может и хотел бы совсем уйти на отдых, но, похоже, что семья не позволяет ему расслабиться. Заставляет зубами держаться за власть. Придумали должность, ради ведения которой опять пришлось латать конституцию. Этак, можно дожить до того дня, когда девочек с южной трассы будут звать конституциями. Как в Турции всех прошмандовок зовут Наташами.
Кто мешал Минтимеру Шариповичу, если он так хочет помогать Татарстану и новому президенту, возглавить общественную палату, например? И не надо было бы перелицовывать конституцию и выглядеть смешным и назойливым.
Минниханова жалко. Обложили, смотрю, его со всех сторон, опутали по рукам и ногам.
# # #
Призыв Бахминой, опубликованный в «Новой» позабавил. Ладно бы, если слова об амнистии или сокращении на год сроков заключения женщинам осужденным прозвучали из уст депутата-демагога или домохозяйки. Но ведь Бахмина – юрист! И не может не понимать, что эта мера ничего не даст. Да, в судьбу конкретных женщин эта мера, конечно, привнесет радужных красок, но глобально ничего не изменит. Потому что система УФСИН – это бочка, заполненная до краев. Если сегодня «отлить» из этой бочки, завтра «краны» быстро наполнят её вновь. Силовики да суды поработают интенсивненько и наполнят… Не амнистию надо проводить, а комплексно менять систему. И у ментов отменять палочную систему, которая, несмотря на отмену печально известного приказа № 650, продолжает действовать. И в судах надо что-то делать «особым порядком» рассмотрения дел, когда судья прокурор и дежурный адвокат фактически превратились в печально знаменитые «тройки». А в самом УФСИНЕ реформу можно провести в последнюю очередь.
Без этих комплексных мер проведение массовых амнистий – дело не только бесполезное, но, по большому счету, вредное. Потому что многие и многие освобожденные по амнистии, очень и очень быстро снова окажутся в местах не столь отдаленных.

29 апреля 2010 (четверг).

В секции с утра до ночи орет блатной шансон. Как осточертели эти песни про «лагеря» да про «зека»… Как ЭТО вообще можно слушать? А ведь слушают. И с удовольствием слушают.
# # #
Из «десятки» (клони общего режима, что в Менделеевске) приехал человек. Смягчили условия отбывания наказания. За хорошее поведение. Посидел день в карантине - «подняли» в «жилую зону». Человек вздыхает:
- Лучше бы я остался в «десятке». Там проще…
«Проще» - потому что дальше колючки и вышек никуда не сунешься. А здесь ни вышек, ни колючки вроде бы и нет, но они как бы есть. В головах осужденных. И они должны сами себя охранять, не выпускать за периметр «жилой зоны» размером с футбольное поле.

30 апреля 2010 года (пятница)

Прокуратура Кировского района Казани прислала отписку на моё заявление о незаконных выговорах, полученных мною в ИЗ -16/2 и о которых я знать не знал. Придется снова обращаться в суд. Времени у меня для этого много…
# # #
В секции был шмон. Видимо, предпраздничный. Первый за ве время моего пребывания в Дигитли. Когда начался шмон, зашел в секцию:
- Хотел бы поприсутствовать…
- Выйдите, Муртазин…
- А где гарантия, что вы не подсунете запрещенку?
- Выйдите…
- Хорошо, но имейте в виду, что вы превышаете должностные полномочия, нарушая порядок проведения обысков.
С этими словами вышел из спальной секции. А через пару минут секции покинули и «шмонялы».
# # #
17.30 Вечерняя проверка. Четверо опоздали ( с работы возвращались без сопровождения, вот и подзадержались).
Оперативный дежурный встретил шутками-прибаутками:
- Если еще раз подобное повториться, то я … (переходит на татарский и произносит два слова, смысл которых – «отымею в задний проход»).И все молчат, будто так и должно быть… Воистину, перефразировав известный афоризм про власть можно говорить, что каждый осужденный заслуживает такого к себе отношения, какого он заслуживает.
После ужина подошел к оперативному дежурному:
- Не стал говорить это перед строем, всё-таки и сам офицер. Но напрасно Вы сегодня на проверке устроили этот балаган…
- Довели…
- Мало ли кто и кто кого-то доводят. Но ведь не только осужденные обязаны вежливо обращаться к сотрудникам колонии, но и сотрудники тоже обязаны быть вежливыми. Вы же пример образцового поведения. Если бы Вы что-то подобное сказали бы в мой адрес, это тут же срикошетило бы по Вам…
Договорить не удалось. К оперативному дежурному подошли люди, пришлось свернуть разговор…

1 мая 2010 года (суббота).

Ровно три месяца, как меня этапировали в Дигитли. Здесь, конечно, не так тяжело физически, как в тюрьме. Но морально – намного тяжелее. В тюрьме я целыми днями был предоставлен самому себе, мог читать, писать, думать. Здесь же главная проблема – невозможность остаться наедине с самим собой. Даже в туалет невозможно сходить в одиночку… Обязательно кто-то рядом. Или сверкает задницей или…одно из двух.
# # #
Мамадышский райсуд продолжает играть в пинг-понг. Прислал очередное требование уплатить госпошлину, без этого, мол, жалоба о признании незаконным постановления о водворении меня в ШИЗО будет оставлена без движения.
Отпасовал «мячик» на поле суда, заявив ходатайство об отсрочке в уплате госпошлины. К ходатайству приложил справку, что до 5 апреля я не был трудоустроен и не имел доходов. А также о том, что обращался в администрацию КП-17 с просьбой предоставить мне отпуск, чтобы съездить в Мамадыш и оплатить госпошлину, но получил отказ.
Посмотрим чем ответит райсуд.
# # #
Председатель ВС РТ рассмотрел мою надзорную жалобу и оставил её без удовлетворения. Ну и хорошо! Теперь можно будет обратиться в ВС России с требованием отменить Постановление об отказе в возбуждении уголовного дела и назначить более скрупулезную проверку по обстоятельствам полета Метшина и его семьи чартерным рейсом на рождественские каникулы в Европу.
# # #
Подошли несколько женщин-осужденных. Все в слезах. Мол, что делать, их принуждает к сексу один из сотрудников. И угрожает, что в случае отказа они уедут по этапу в колонию общего режима.
- Что делать? Надо перевернуть ситуацию. Чтобы он вас боялся. Напишите заявление прокурору по надзору. Если то, что вы говорите, правда, то это чистейшая ст.133 УК РФ – «Принуждение к действиям сексуального характера». До года лишения свободы. Конечно, доказать преступление в условиях колонии практически невозможно, но можете указать в заявлении, что требуете допроса на полиграфе. И себя, и секс-террориста. Посадить, конечно, не посадят, но, думаю, что это озабоченный товарищ будет обходить вас стороной за версту.

2 мая 2010 года.

До обеда время остановилось. Минуты и часы тянулись мучительно медленно, не находил себе места. А после обеда время рвануло так, что только пятки сверкали. 6 часов пролетели как один миг. А всё потому, что ещё с вечера знал, что приедут женушка и Булат.
Когда увидел сына, глаза у него повлажнели. Соскучился мальчишка! Я тоже по нему очень и очень соскучился.
# # #
В системе УФСИН – праздничное «усиление». Для сотрудников ФБУ КП-17 это означает, что почти все они находятся на службе. Целыми днями маются, не знают чем заняться бедолаги.
# # #
Среди газет, привезенных женушкой – «Республика Татарстан». А в ней публикация о поездке нового президента РТ Рустама Минниханова. Резанула глаза фраза «Рустам Минниханов вместе со своим заместителем Ильшатом Фардеевым». Оговорка – по Фрейду! Фардеев – племянник Минтимера Шаймиева – в новом составе правительства Татарстана назначен министром энергетики в ранге вице-премьера. А в газетную полосу выплеснулось то, что у многих в голове – Фардеева «пропихнула» на должность Семья Шаймиева. Чтобы «присмотрел» за Миннихановым, максимально затруднив новому президенту принятие решений, которые могут не соответствовать интересам Семьи. Публикация «Бугульма открыта для сотрудничества» на первой полосе «Республики Татарстан» за 30 апреля 2010 года, на мой арестантский взгляд, яркое тому подтверждение. Не просто Рустаму Минниханову. Ой, как не просто. Сможет ли он отряхнуться и избавиться от опеки, от отпут прошлого? Вопрос не риторический. От этого, по большому счету, зависит будущее не только Рустама Минниханова, но и всего Татарстана.

3 мая 2010 года (понедельник).

О, Боже, дай мне сил не сойти с ума! С утра до ночи гремит музыка. Она везде. И на улице, и в жилых секциях. Когда сидишь в библиотеки, музыка доносится и с улицы, и из первой секции, что прямо за стенкой. Сегодня не выдержал, пошел в первую секцию. В секции – такой шум, что шконки дрожат.
Показываю знаками, что хочу что-то сказать. Музыка выключается.
- Знаете почему в немецких концлагерях с утрах до ночи гремела громкая музыка? – издалека захожу. – А потому, что ученые выяснили, что постоянное шумовое воздействие на мозг снижает умственные способности человека, превращает его в заторможенное быдло. Ученые провели опыты на мышах, кошках, собачках и прочих животностях. Прокладывали какой-то маршрут, по которому запускали зверушку. Вначале без музыки, потом под громкую музыку. Так вот, с музыкой зверьки проходили трассу чуть ли не в 2 раза медленнее. Фашисты это знали, вот и травили заключенных громкой музыкой. Ну а вы, смотрю, сами для себя стали фашистами, если уж стены дрожат от музыки, неужели думаете, что это по мозгам не давит?
- Ничего… - сказали обитатели первой секции – мы уже привыкли.
И снова включили музыку на всю мощь. В общем, хоть стой, хоть падай. О, Боже, дай мне сил не свихнуться из-за дефицита тишины!
# # #
НИИ ФСИН России проводит исследование «по проблеме оптимизации применения поощрительных норм уголовно-исправительного права». Начальник отряда раздает анкеты всем, кого смог застать в спальных секциях. Люди читают, морщат лбы, заполняют. Мне тоже дали анкету. Почитал вопросы. Решил, что заполнять анкету не буду. Потому что исследование это, похоже, проводится не для того, чтобы что-то узнать, а для того, чтобы отчитаться, что исследование проведено, средства, выделенные на исследование, освоены.
Ну как, к примеру, можно спрашивать людей, находящихся в тюрьмах да колониях, стоит или не стоит предоставлять им увольнительные за пределы исправительного учреждения. И при этом оставить три варианта ответов : да, нет, затрудняюсь ответить. Только идиот мог оставить еще какие-то варианты, кроме варианта «да». Или человек, считающий, что в исправительных учреждениях сидят одни дауны. (Неспроста, видимо, громкая музыка в колониях не запрещена).
А как должны воспринимать арестанты вопрос: «Какие действия должно предпринять государство, для того, чтобы осужденные после перевода в колонии – поселения не совершали злостных нарушений установленного порядка отбывания наказания и преступления»? С таким же успехом можно провести анкетирование в ясельной группе детского садика и спросить: что надо сделать, чтобы детишки не какали в штанишки?

5 мая 2010 года (среда).

Второй день в колонии нет воды. Трубу прорвало еще во вторник. Во второй половине дня. Арестанты поковырялись-поковырялись, администрация решила, что утро вечера мудренее и перекрыло воду. Предварительно набрал накопительный бак воды по самый край бочки.
С утра работа по ликвидации прорыва началась ни шатко, ни валко. К полудню пришло понимание, что без трактора не обойтись. Пригнали трактор. Раскопали. Нашли место прорыва. Отправили сделать хомут.
Всё это время, время ликвидации прорыва отбивался от колонистов, требовавших выдать воду. Не выдавал, потому как получил приказ: вода только для чая и для чистки зубов. Потому как неизвестно, сколько не будет воды.
То и дело слышал упреки, что сам, наверное, целый день только и делаешь, что умываешься, плескаешься. Обидно слышать такие упреки. Конечно, в такую жару, которая установилась в Дигитлях, соблазн периодически заходить в баню и опрокидывать на себя тазик – другой воды, очень велик. Но, увы… Позволить себе того, чего не могут позволить другие, не могу. Даже наоборот. Выдавая по литру – полтора воды людям, себя обделил совсем. Сегодня не брился и зубы не чистил…
# # #
История с девушкой, попросившей совета, что ей делать, если сотрудник ФБУ КП-17 принуждает её к сексуальным отношениям, получила неожиданное развитие. Девушка написала заявление на имя прокурора по надзору. Начальник колонии попросил её не давать ход заявлению, мол, сами разберёмся, мол, увидите мои действия.
Увидела. Девушку отправили в ШИЗО. На 15 суток… Но и это ещё не всё. В колонии поговаривают, что она вскрыла себе вены и объявила голодовку. Увы, проверить достоверность этой информации не представляется возможным. До тех пор, пока она не выйдет из ШИЗО. Если, конечно, выйдет. Вполне возможно, что пока она сидит в ШИЗО, подготовят представление на перережим, свозят в Мамадышский райсуд и отправят этапом в колонию общего режима. Всё возможно!
А Малик продолжает огрызаться. Сегодня его снова возили в суд. И заседание снова перенесли. Правда, не на долго. Всего на 2 дня. Судья твёрдо намерен рассмотреть представление об изменении режима отбывания наказания в пятницу, 7 мая.

6 мая 2010 (четверг).

В спецчасти сообщили, что судебное рассмотрение моего заявления об отмене постановления начальника колонии о водворении меня в ШИЗО (от 1 апреля) назначено на 7 мая.
# # #
Когда ходил в штаб, видел Мамонтова. Его тоже вызвали для чего-то. Выглядит Геннадий Павлович не важно.
Постояли, обсудили последние новости, добравшиеся до Дигитлей.
Сошлись во мнении, что назначение Гафурова ректором КГУ – это не возвеличивание экс-мэра Елабуги до уровня Лобачевского (тоже когда-то был ректором КГУ), а, наоборот, «опускание» КГУ до уровня, к примеру, Елабужского пединститута.
На публикацию «Республики Татарстан», которая «назначила» Фардеева «заместителем Минниханова», Мамонтов тоже обратил внимание. Как обратил внимание и на то, что в ходе визита в Казань Владимира Путина (5 мая) Минниханова «совсем задвинули». Судя по СМИ, Путина встретил…Метшин. По всем республиканским телеканал демонстрировались репортажи, в которых были два действующих героя: премьер - министр России и мэр Казани. А президент Татарстана на информационном поле был вообще не замечен. Всё это говорит о том, что Рустаму Нургалиевичу пока не удалось установить контроль над «Татмедиа», которое продолжает обслуживать Семью Шаймиева.

7 мая 2010 (пятница).

Почти весь день провел в Мамадыше, куда с утра повезли меня и Малика. В начале в Мамадышском райсуде рассматривалось представление администрации КП-17 о смене режима содержания Малика. Потом – об отмене приказа о водворении меня в ШИЗО.
«Дело Малика» продолжалось 4 часа. И завершилось объявлением перерыва до 13 мая.
Пока суд рассматривал «дело Малика», я дожидался своей очереди в «Газелле», на которой мы добрались из Дигитлей в Мамадыш.
А рядом кипела жизнь. Мимо суда проходили нарядные мальчишки и девчонки (видимо с репетиций мероприятий, приуроченных ко Дню Победы), погруженные в свои мысли мужики, о чем-то разговаривавшие женщины, молодые мамы с колясками выгуливали своих малышей. И от того, что вокруг продолжалась жизнь, пусть не бурная, степенно размеренная, осознание своей арестантской участи, своего бессилия и бесправия угнетало куда больше, нежели это происходило в Дигитлях. Там эта тоска, скребущая и душу, и сердце, да и тело наваливается с особой силой, когда кто-то приезжает на свидание, а через 2-3- 4 часа уезжает. И мысли о том, что буквально через несколько часов они будут жить вольной жизнью, полностью распоряжаясь своим временем, своими планами, мыслями, идеями, так давит на сознание, хватает за горло. Такая тоска наваливается, что, кажется, физически ощущаешь вес этой самой тоски. Она придавливает, дышится труднее, ходится нехотя. И лишь через несколько часов после отъезда навещавших приходит успокоение и понимание, что без этих свиданий было бы ещё труднее. Благодаря им получаю глоток свежего воздуха, свободы людей, приезжающих навестить меня, передается и мне. Благодаря этим свиданиям не чувствую себя забытым, брошенным, никому не нужным. И это прибавляет сил и вселяет уверенность, что Дигитлинское безвременье скоро пройдет. И я снова вернусь к нормальной жизни, насыщенной событиями, встречами, поездками…
# # #
Мой дело суд рассматривал не долго. Удовлетворил почти все мои ходатайства (за исключением ходатайства о вызове в качестве свидетелей полутора десятка осужденных) и отложил рассмотрение дела на 14.00 11 мая.
# # #
В колонии снова нет воды. Заплатки на предельно изношенную трубу, сделанные 5го прослужили всего 1,5 дня. В результате две женские секции сегодня остались без бани.
# # #
Женщинам выдали халаты из материала с «оригинальным» рисунком – в клетку. Халаты очень похожи на одежду пациентов больниц. И на построениях женщины - в халатах и косынках – уже не похожи на приютских сирот, а напоминают пациенток клиники для умалишенных. Со стороны колония вполне может показаться не исправительным учреждением, а летним загородным филиалом дурдома.

8 мая 2010 года (суббота).

Огородно-дачный сезон начался! Пока я ездил в Мамадышский райсуд, вспахали и заборонили территорию «жилой зоны», а сегодня на этой земле появились ровненькие грядки. Это осужденные высыпали на работу «по благоустройству территории» и засеяли поле тем, что горожане сеют на своих дачных участках. Шуткой дня была шутка о том, что «мы превратились в судей, всё сажаем и сажаем» и еще одна:
- «Товарищ, верь, взойдет она!»… Как там дальше?
- «Звезда пленительного счастья».
- Устарела! Не звезда! А картошка! И лук, и укроп, и огурцы с помидорами. И редиска! Всё взойдет, что мы посадили.
Вот так шутками-прибаутками, под строгим надзором администрации, под зорким оком камер наблюдения прошел еще один день.
А между тем похолодало. Вроде и солнце светит. Но светит как-то не по-весеннему, без тепла.

9 мая 2010 года.

День Победы. В стране праздник, а в колонии – обычный будничный день. Такой же серый и унылый, как день вчерашний или завтрашний, мало чем отличающийся от других дней, которых и позади было уже немало, и впереди – неизвестно сколько.
# # #
Звонил домой. Булат совсем отбивается от рук. Совершенно случайно выяснилось, что уже 2 недели он не ходит на тренировки, а болтается на улице. Отрава праздного безделья уже перекинулось и на время школьных уроков, уже есть случай, когда придумав болезнь, сын прогулял занятие. Быстрей бы домой, заняться сыном. Сейчас он в таком возрасте, когда можно упустить мальчишку. И уже никак не вложить в его мальчишескую несмышленую головушку, что безделье в детстве уже никогда не наверстать, не догнать, не вернуть упущенное.
# # #
Полным ходом идет посевная – ярчайшее доказательство, что труд в колонии – это не средство перевоспитания, а самая настоящая кара. Все прекрасно понимают, что на таких малоплодородных землях что-то сажать не выгодно, что эффективность такого земледелия очень низкая, производительность труда – тоже ниже некуда. А всё равно сажают и сажают. Баня работает на износ, вода не успевает нагреваться.
# # #
Говорили с Кашаповым. Долго и нудно. О том, что законы надо соблюдать всегда и всеми. Что избирательное исполнение законов или расширительное толкование применения норм закона – это такое же беззаконие, за которое людям «нарезают» реальные сроки лишения свободы.
Начальник колонии остался при своем мнении, я – при своем.
# # #
В курилке зашел разговор о самых «криминальных» именах. По общему мнению осужденных самые «криминальные» имена – это Олег и Радик. Именно Олегов и Радиков больше всего в тюрьмах и колониях.
Конечно, у нас нет официальной статистики, люди говорили исключительно о «личном опыте», о людях, с которыми довелось пересечься в ИВСах, пересыльных тюрьмах, этапах, колониях.
Среди женских «криминальных» имен пальма первенства за именем Светлана. Именно Светлан больше всего среди воришек (ст. 158) и мошенниц (ст.159).
Не думаю, что кто-либо проводил специальные исследования. А не мешало бы. Речь не только о полной статистике. Речь о необходимости исследования роли отдельных звуков или букв на криминализацию сознания. Такое воздействие, по всей видимости, существует. Не случайно же, что среди 90 осужденных женщин, обитающих в Дигитлях – больше 10 Светлан. Или же это случайность?
А вот самое «криминальное» татарское женское имя определить мы так и не смогли. То ли разнообразие татарских женских имен тому причина, то ли еще что. Зато определили самое «мирное» имя. В Дигитлях нет ни одной Лейсан. В тюрьмах да на этапах (по мнению женщин – осужденных) Лейсан – чрезвычайно редкое имя преступниц.

10 мая 2010 года (понедельник).

То ли поздняя весна, то ли раннее лето. По утрам в Дигитлях холодно. А днём – жара, как в августе.
В частных домах жителей Дигитли расцвела черёмуха. Очаровательный запах доносится и до колонии. Но радует мало. Даже наоборот. Запах черемухи навеивает тоску, что где-то продолжается жизнь, а твоя жизнь остановилась и замерла…
# # #
У Виталия, оказывается, дочь родилась. Девочке пошел уже 4ый день… Завтра в Верховном суде РФ состоится рассмотрение его кассационной жалобы на постановление Мамадышского райсуда об отказе в удовлетворении ходатайства об Условно-досрочном освобождении.

11 мая 2010 года (вторник).

Весь день провел в Мамадыше. Унылом провинциальном городишке, основанном в 1371 году, известном разве что историкам, изучающим российское народовольческое движение. Которое в свое время нагнало страху на всю Европу своими террористическими выходками по физической ликвидации высшего чиновничества. Этакие прадедушки и прабабушки Хуана Карлоса Маригеллы – теоретика герильи, «партизанской войны» в условиях города. Одной из этих «прабабушек» была Вера Фигнер, родившаяся и выросшая в Мамадыше.
Рассмотрение моей жалобы об отмене постановления начальника колонии длилось почти 4 часа. Сотрудники колонии, вызванные в суд в качестве свидетелей в зале заседания бледнели, краснели, потели, не могли толком ничего сказать… Тем не менее, суд отказал в удовлетворении моей жалобы, постановив, что территория колонии – поселения – это исключительно территория «жилой зоны».
В решении суда не сомневался. Интересно, какова будет реакция на мой следующий ход: привести жизнеуклад колонии в соответствии с решением суда от 11 мая 2010 года? То есть перенести КПП к выходу из жилой зоны, магазин – на территорию жилой зоны. И самое маловыполнимое – сопровождать ВСЕХ осужденных за пределами жилой зоны.
Рассмотрение моего обращения началось в 2 часа дня. Но в Мамадыш меня привезли еще утром, вместе с колонистами, обратившимся с ходатайствами об УДО. И до обеда у меня была возможность понаблюдать за первой реакцией тех, кому суд отказал в ходатайстве и кому не отказал.
Первым вызвали Давлетшина, 62-летнтй старичок получил 1,5 года по ст.222. Как в его карманах оказались 5 патронов 5,45 мм не помнит, был безмятежно пьян. В зале заседания старичок был долго. Вышел грустный-грустный. Можно было и не спрашивать, у него на лбу было написано, что в удовлетворении ходатайства об УДО ему отказано.
Вторым пошел Андрей Е. Вернулся быстрее. Но тоже с отказом. Чуть не плакал 22-летний паренек, угодивший в Дигитли по ст.119 (угроза убийством).
Гуля З., женщина лет 50 вернулась ещё быстрее. Вернулась матерясь, как сапожник. Тоже с отказом.
Наталья О. уже в седьмой раз приехала в суд. Она отсидела уже 3 года, осталось – 2 года (от назначенного судом срока). Не было Натальи долго. Но вышла она сияющая. Снова никто не спрашивал, и так было ясно, что суд удовлетворил её ходатайство.
Потом в зал суда вызвали сразу 4 арестантов. Все вернулись счастливыми. УДОвлетворёнными.
Последней в зал суда пошла Оля Б. У неё не УДО, а перережим (представление администрации ФБО КП-17 о смене режима отбывания наказания с клони – поселения на колонию общего режима). Зато, что у неё обнаружили игральные карты. Карты вообще-то были не её, но она взяла «грех» на себя. Мол, я всё равно никому не нужна, меня на воле всё равно никто не ждёт. Отчасти – правда, потому что Оля родителей своих не знает, выросла в детдоме.
Сразу после обнаружения карт, Олю отправили в ШИЗО. А на суд повезли в наручниках. 28-летняя девушка забилась в уголочек газели и тихо плакала. Оказалось, что плакала она от боли – пережали наручники. Когда заметил, возмутился:
- Да снимите вы ей наручник-то, у неё же рука сейчас отнимется…
Снимать наручники не стали, но перезащелкнули посвободнее. А суд у Оли перенесли на 13 мая.
# # #
Вечером в колонии на чем свет стоит ругали одну из освободившихся. Оказалось, что женщина набрала кучу долгов у других осужденных. И тихо-тихо уехала домой, «кинув» тех, с кем делила несчастье оказаться в Дигитлях.
- Горбатого – могила исправит. Недолго ей радоваться воле, вернётся… - заметила одна из «кинутых». – Отольются ей наши слёзы.

12 мая 2010 года (среда).

Сто дней, как я в Дигитлях.

13 мая 2010 года (четверг).

101ый день пребывания в Дигитли. 169 дней лишения свободы.
# # #
Колония – деревня. А походить по утрам по траве, по росе – негде. Вся территория «жилой зоны» перекопана, как у плохого дачника, у которого негде присесть, каждый клочок земли засеян, засажен.
Была травка вдоль тротуаров, но и её начали вскапывать.
Начальник колонии обходил свои владения. Не удержался, подошел:
- Рамзель Марселевич! Может, остановите уничтожение плодородного слоя земли? Варварство какое-то. Вся эта скопанность после 2-3 недель без дождя будет в виде пыли в наших бараках…
- Мы здесь цветы посадим. Красиво должно быть! – возразил подполковник.
- Красиво, но пыльно! Да и не факт, что цветы красивее зеленой травы.
- Не спорь со мной, Муртазин.
- УИК не запрещает спорить. Он запрещает быть не вежливым, грубым.
- Что Вы на меня орете? Кто Вам дал право разговаривать на повышенных тонах?
- Да нормально я разговариваю. Это у меня голос такой. Командный. А если я повышу голос, у Вас перепонки лопнут.
Так и поговорили. Спасти последние островки травы от перекопа не удалось.
# # #
И Малику, и Ольге изменили режим отбывания наказания. В суд их увезли после обеда. И до самого вечера не было никаких новостей. А уже вечером, перед отбоем пришла команда: Собрать баулы, отнести в карантинную камеру. Вообще-то карантинная камера в КП-17 одна. Значит, или Малик (скорее всего), или Ольга будут дожидаться этапа в Казань в камере ШИЗО.
Вообще-то это не законно. Постановление суда о смене режима еще не вступило в законную силу, может быть обжаловано в кассационной инстанции. А режим фактически уже сменен. Беспредел? Беспредел.
# # #
Между тем в колонии периодически появляются люди, для которых ШИЗО – это возможность избавления от навалившихся проблем, проблем, созданных собственноручно. Только спокойствие и уединение это иллюзорно, потому что это всего лишь небольшая передышка перед еще большими проблемами, вцепившимися бульдожьей хваткой.
Н.Б. насоздавал себе проблем тем, что жил не по возможностям, а по потребностям. Он не обделял вниманием каждого новенького. Особенно прибывшего не этапом, а «своим ходом». Рассказывал трогательную историю о том, что жена его вот-вот должна родить, и ему каждый день созваниваться с ней, поддерживать. Что привезли ему мобильный телефон, а он не моет рассчитаться и потому что администрация – волки позорные – задерживают выдачу перевода, который пришел еще неделю назад. И само - собой разумеющимся звучал вопрос:
- Не мог бы ты одолжить рублей 300-500 на 2-3 дня, до получения перевода.
Признаюсь, я тоже клюнул на эту клюкву….
И набрал Н.Б. кучу долгов, которые, по-видимому, и не собирался отдавать. Пока не зажали его серьезные пацаны, мол, фуфлыжник хуже пидараса. Мол, если за неделю не рассчитаешься со всеми долгами, вручим тебе «камазик», переедешь к обиженным.
О разговоре этом узнал совсем недавно, когда Н.Б., неожиданно, рассчитался со мной. А до этого изумлялся, с чего это Н.Б. так живо заинтересовался, сколько дают за побег.
Рассчитаться-то Н.Б. рассчитался. Почти со всеми. Но сделал это очень оригинально. Дело в том, что уже несколько месяцев он работает на лошади, рассекая по всем Дигитлям и, естественно, имея возможность заскакивать в «вольный магазин».
Н.Б. начал принимать заказы на покупки в деревенском магазине. И в первое время (несколько дней) делал это исправно. Утром забирал деньги, вечером вручал заказчику товар. А потом начались «недоразумения».
- Представляешь – виновато смущаясь, говорил Н.Б. заказчику – Иду в жилку, а оперативный дежурный остановил, мол, что несешь. Я ему так, мол, и так, но он гнида – непрошибаемый забрал пакет.
Несколько дней сотрудники КП-17 исправно «отбирали» у Н.Б. пакеты с заказами, пока не «отобрали» блок сигарет, заказанный Дамиром.
Дамир оказался «отмороженным», пошел «разбираться» с оперативным дежурным, мол, на каком основании Вы забрали мои сигареты. Офицер очень удивился «предъяве» и после отбоя вызвал и Н.Б., и Дамира на «очную ставку».
В общем, тайное стало явным. И Н.Б. оказался в ШИЗО, где ему спокойно и уютно… и не надо прятаться от кредиторов.

14 мая 2010 года (пятница).

Около 5 вечера вызвали в штаб. Меня и 6 женщин. На профкомиссию.
Никто знать не знал, что это такое «профкомиссия».
- От слова «профессиональная» или от слова «профилактическая» - интересуюсь у начальника отряда.
- Узнаете – угрюмо отвечает начальник отряда.
Оказалось, что комиссия эта профилактическая. Женщины все оказались склонными к алкоголизму или наркомании. Вот с ними и беседовали на предмет того как бы им избавиться от напасти.
А меня «потащили» на профкомиссию в связи со «склонностью к дезорганизации воспитательного процесса в колонии». Говорили долго и нудно. Комиссия пришла к выводу, что в моем личном деле арестанта вполне можно сделать запись: «ПЕРЕВОСПИТАНИЮ НЕ ПОДДАЕТСЯ».
# # #
Пока ждал профилактирования женщин, листал подшивки газет в зале, куда в обычные дни дорога осужденным заказана. В «Вечерней Казани» от 30 апреля 2010 года вычитал публикацию « В Казани задержали убийцу Гитлера», в которой черным по белому написано о том, что «На этой неделе» задержали 7 человек из банды «Базаровские», в послужном списке которых в том числе и ликвидация преступного авторитета по кличке «Гитлер». «Ни фига себе, ну и неделя у них… » - подумал я. Дело в том, что один из «Базаровских», участвовавший в убийстве Гитлера, сидел со мной в одиночке ИЗ-16/2 еще в декабре прошлого года.
# # #
Приходил Мамонтов. Выглядит намного лучше, но говорить о том, что у Геннадия Павловича нет проблем со здоровьем не приходится.

15 мая 2010 года (суббота).

Впервые за последние несколько дней баня работала без сбоев. А в четверг и пятницу уже после обеда не было холодной воды. Зато горячая была – кипяток. Вчера после помывки пришлось ждать заполнения бака до полуночи, вода набиралась очень медленно, напора почти не было. А всё потому, что насос водонапорной башни слабеньки (или старенький), не справляется с летней повышенной нагрузкой.
# # #
Полным ходом идет посевная. Но идет она мимо меня, потому как за пределы «жилой зоны» мне выход табуирован.
Пацаны уходят в поле чуть ли не в 5 утра, возвращаются к ужину. Черные! То ли от грязи, то ли от загара. Судя по тому, что после бани их кожи светлее не становятся, это все-таки загар. Майский загар! Который, вроде бы, самый полезный.

16 мая 2010 (воскресенье).

Днем на разводе произошло Ч П.. Гера В. – тихий, скромный, работящий парень отказался идти разгружать картошку.
- Отказываетесь от работы? – спросили Геру.
- Не отказываюсь. Но работать без оформления не буду - твердо ответил Гера.
После развода его вызвали в дежурку. Но вскоре он вернулся в жилую зону.
- И чем все кончилось? – спрашивали все, кому не лень.
- А ни чем. Сказали, иди, отдыхай, воскресенье все-таки.

17 мая 2010 ( понедельник).

На 105-ый день моего пребывания в Дигитлях произошло событие, которое, по всей видимости, закончится тем, что из колонии-поселеня меня отправят в колонию общего режима.
Приказ о моем назначении на должность «разнорабочего свинарника» был подготовлен к вечеру.
После ужина Кашапов ходил по жилой зоне. Подошел к нему:
- Вы специально назначили меня на такую работу, на которую я заведомо не пойду?
- Что значит не пойдешь?
- Коран не позволяет не только есть свинину, но и принимать участие в откармливание свиней.
- И кто должен убирать за свиньями, я что ли?
- Если вам нравится разводить свиней, убирайте…
В общем разговор не получился. Надо готовиться к ШИЗО, потому как твердо намерен в свинарник не ходить. Тем более, что передвижение к свинарнику и обратно сопряжено с другим нарушением - запретом УИК РФ передвижение за пределами колонии-поселения без сопровождения (а Мамадышский райсуд 11 мая решил ,что территория колонии-поселения – это исключительно территория жилой зоны). А сегодня мне уже пришлось возвращаться в колонию одному. (Пойти-то к свинарнику я пошел, но так весь день ничего не делал, надеясь. Что требование официального оформления перевода из бани в свинарник выполнено не будет).

18 мая 2010 (вторник).

Испортилась погода. С ночи зарядил дождь. Утренняя проверка прошла под свинцовым небом и непрекращающимся дождем.
По разнарядке меня снова назначили « разнорабочим свинарника». Снова не пошел.
Во время утреннего обхода выгнали из библиотеки. Мол, библиотекаря нет, а в отсутствии библиотекаря осужденным нечего делать в библиотеке (Лилю уже несколько дней как сняли с библиотеки и отправили обслуживать офицерскую столовую).
Еще за несколько дней до того, как меня отстранили от работы в бане, перестал совершать утренние пробежки. Причина – растрескались ступни ног, да так, что стало невыносимо больно наступать на ноги. Тогда это меня огорчило, сегодня – можно сказать что радует. В медпункт привели медсестру из Дигитлей, видимо, для медицинского освидетельствования перед отправкой в ШИЗО (арестовывать без этого УИК не позволяет). Но медсестра неожиданно пришла к заключению, что мне необходимо попасть на прием к дерматологу. Так что ШИЗО, по всей видимости, откладывается.
# # #
Получил решение Мамадышского районного суда от 11 мая. Но готовить кассационную жалобу пока нет возможности. Негде.
# # #
Получить копию приказа о переводе меня из бани в свинарник пока не удается.
# # #
Артур и Эдик, пасшие коров в окрестностях Дигитлей, нашли в траве зайчонка. Крохотное существо, умещающееся в ладони, видимо, отбилось от мамы, еще не познав жизни, не веря, что «страшнее человека зверя нет» и встреч с двуногими существами стоит всячески избегать.
Зайчонка принесли в жилую зону и определили на место жительства в коробке в женской секции. Присматривали за зайчонком все, кому не лень, кто в этой заботе о крохотном зверюшке пытался хоть на миг забыть, что он не вольный человек, а арестант, в ком било через край нереализованная потребность хоть о ком-то заботиться. Была такая потребность и у Фаттаховой, которая больше всех возилась с зайчонком. И именно у неё зайчонка отобрали сотрудники администрации. Защищая свое заложенное природой право хоть о ком-то заботиться, Фаттахова забыла, что она арестантка, что она никто и звать её никак, что нет у неё никаких прав, кроме права беспрекословно исполнять требования администрации. Даже самые абсурдные.
В общем, дозащищала Фаттахова до такой степени, что угодила в ШИЗО. За пререкания. На официальном языке это звучит так: «за невыполнение обязанностей о вежливом обращении к сотрудникам администрации». О том, что и осужденные имеют право на вежливое к себе обращение вспоминать, увы, не принято.

19 мая 2010 (среда).

На утреннем разводе меня снова определили на работу в свинарник. Снова после развода вернулся в жилую зону.
# # #
На заборе, огораживающем жилую зону, появились надписи «Граница колонии – поселения».
# # #
В магазине не продают сигарет, хотя сигареты в наличии есть. Продавщица Эльвира, опуская глаза, говорит, что сигареты появятся на витрине, когда приедет комиссия. Комиссия – не абы какая, а сам начальник УФСИН Татарстана. Вся жизнь колонии подчинена подготовке к встрече генерала. Сегодня в Дигитли приехал «авангард» - заместитель начальника УФСИН Татарстана. Обошли колонию. Посетили и жилые секции. Во второй секции завели разговор за жизнь с арестантами. Мол, вы должны работать, работать и работать, а не отказываться от работы, как Муртазин. Узнал об этом, когда сидел в курилке. Когда толпа офицеров УФСИН вышла из женской секции, подошел:
- Разрешите обратиться? – обратился к самому старшему, который сразу выделялся среди остальных, заискивающе смотревших на седовласого полковника.
- Обращайтесь! – разрешил полковник.
- Мне стало известно, что Вас дезинформируют, что я отказываюсь от работы. Хочу донести до Вас, что не правда. От работы я не отказываюсь. А вот отказываться от своих религиозных убеждений, действительно отказываюсь.
- Разберемся! – пообещал полковник и, похоже, тут же забыл о своем обещании, мало ли что говорят арестанты.

20 мая 2010 (четверг).

Отнёс в спецчасть 2 заявления. Одно в Мамадышский райсуд, второе – прокурору по надзору. Оба заявления – об отмене приказа начальника ФБУ КП-17 «о переводе на другую работу» от 17 мая 2010 года. Как противоречащую ст.14, ч.1 ст.103, ч.2 ст.104 УИК РФ и ст.74 Трудового кодекса РФ.
# # #
Еще в феврале во время одной из «задушевных» бесед с Кашаповым, начальник колонии убеждал меня, что искоренить традицию колоний по разделению на «обиженных», «мужиков» и «авторитетов» невозможно, что кто только не пытался это сделать, но ничего не вышло. В феврале каждый из нас остался при своем мнении. Сегодня я вынужден согласиться с Кашаповым. Искоренить тюремные традиции невозможно. Потому что сама администрация сама заинтересована в них. Поэтому и «не замечают», что в секциях с тра до ночи звучит шансон, романтизирующий арестантскую жизнь. Но песни эти не так страшны, нежели то, о чем узнал сегодня.
В секции № 0, в которой живут «обиженные», из карантина «подняли» Максима О. Парень провел в карантине 22 дня (хотя Закон говорит, что максимальное время нахождения в карантине – 15 суток). И всё это время парня «ломали», чтобы он добровольно заехал в нулевую секцию.
Максима перевели в Дигитли из Пановки, где он и трое его товарищей «взорвали» заместителя начальника колонии по воспитательной работе. Подробностей Максим не рассказывает и что она там сделали никто не знает. Известно только то, что когда зам по воспитательной пошёл в туалет и только-только уселся, чтобы справить большую нужду, как доски подорвались (при помощи нитроглицерина) и офицер оказался в выгребной яме.
Участников «акции» вычислили и «раскидали» по разным колониям, по которым проехал искупавшийся в дерьме офицер. И не просто проехал, а попросил «опустить» своих обидчиков. Не знаю как в других колониях, но в нашей просьбу уважили. И начали «ломать» парня, пугать перережимом, мол, уедешь в колонию общего режима, а в личном деле мы сделаем запись, что ты «голубой». В итоге парень сломался, добровольно заехал в секцию № ) (чтобы попасть в «обиженные» совсем не обязательно быть «голубым», достаточно поесть из посуды из которой едят «обиженные»).
# # #
От туалета до здания, где живут колонисты метров 10-12. От стены туалета до дома был высоченный забор. Забор снесли, решили установить штакетник. Работой занялись трое осужденных. Уже 3 дня делают. Сделают, придёт кто-то из руководства, посмотрит, покачает головой. Штакетник разбирается, всё делается заново.
Четвёртый «дубль» оказался удачным. Штакетник руководству понравился. Но это, видимо, не так уж и важно. Куда важнее выполнение принципа «чем бы ни занять, лишь бы за …бать». На этом принципе УФСИН держится! А все разговоры о реформировании системы исполнения наказаний – не более, чем разговоры.
# # #
Звонил домой. Узнал, что новости из Москвы не самые радужные. Подача надзорной жалобы в ВС РФ затягивается, потому что не готова экспертиза.
# # #
А начальство всё не едет и не едет. Сотрудники колонии – поселения взвинчены, нервничают, видимо, живут по принципу «лучше ужасный конец, чем бесконечный ужас».
Нервозность сказывается и на осужденных. Правда, не очень сильно, но всё же обстановка – не самая благоприятная. О том, как офицеры и сержанты снимают нервные напряжения за пределами колонии можно только догадываться.

21 мая 2010 (пятница).

Во вторник, 18 мая, записал: «во время утреннего обхода выгнали из библиотеки». Написал без подробностей, не считая из заслуживающими того, чтобы что-то записывать. А оказалось, что надо было записать. Дело в том, что выгнали меня двое оперативных дежурных. Один сдавал дежурство, второй – принимал. Собрав свои бумаги, вышел из библиотеки, недовольно пробурчав:
- Бог – не Тимошка, видит немножко…
Но, похоже, что увидел Всевышний не то. И вмешался слишком сурово, вычеркнув обоих оперативных дежурных…из списка живых.
С утра в колонию пришла страшная весть. Все только и говорят о том, что на Челнинской трассе близ Мамадыша произошла трагедия – ДТП, в результате которого погибли трое офицеров, сотрудник ФБУ КП-17.
О том, что произошло на трассе сотрудники молчат. Завеса секретности порождает самые невероятные слухи, которые стремительно распространяются среди осужденных. Достоверно известно только одно. За рулем был Алмаз Равильевич, оперативник, о котором и до сегодняшнего дня говорили, что на своей «девятке» он очень лихачил на трассе.

22 мая 2010 (суббота).

В дежурке, напротив стола оперативного дежурного есть стенд, над которым размещены фотографии «проблемных» осужденных. Большинство – с характеристикой «склонен к наркомании», «склонен к алкоголизму». Когда появилась – не знаю, но появилась на этом стенде и моя фотография. Правда не со стандартной характеристикой, а с куда более серьезной – «склонен к дезорганизации». И фотография – под стать характеристике. В черной майке, с угрюмым лицом: не хватает только наколок. Для полноты картинок. Оказывается, «склонен к дезорганизации» - это стандартная характеристика для криминальных авторитетов.
Как мне удалось попасть в разряд лиц «склонных к дезорганизации»? Очень просто! Для администрации лучший осужденные – это тупой осужденный, который ничего не знает и о своих правах, и об обязанностях администрации, который безропотно воспринимает всё, что творит администрация. А я постоянно разъясняю людям положения Уголовно-исполнительного кодекса, пишу кассационные и надзорные жалобы. Это очень мешает осужденным быть «идеальным осужденным» и в представлении администрации, видимо, ничто иное, как дезорганизация. В общем, у меня не было ни единого шанса не получить характеристику «склонен к дезорганизации» и не оказаться на доске «профилактического учета» - среди осужденных, «нуждающихся» в более пристальном внимании сотрудников ФБУ КП – 17.

23 мая 2010 (воскресенье).

Посевная – в полном разгаре. Из-за нее в пору переименовать колонию – поселение в «Колхоз строгого режима». Потому как несмотря на норму УИК, что труд не должен препятствовать исправлению осужденных, в виду посевной котам под хвост брошены все требования УТИК и о неукоснительном соблюдении распорядка дня. И о порядке передвижения за пределами за территорией колонии – поселения и пр., пр., пр.
Меня же по-прежнему каждое утро направляют на работу «разнорабочим свинарника». Я по-прежнему после развода демонстративно не иду на свинарник, а возвращаюсь в жилую зону. Заведующей фермой, вольнонаёмный сочувствует мне, каждый день говорит:
- Ирек, можешь ничего не делать. Ты главное приди на ферму, сиди, читай, пиши.
- Спасибо – говорю чуть ли не каждый день – я не отказываюсь от работы, я отказываюсь отказываться от своих религиозных убеждений. Не могу себе позволить принимать участие в выращивании свиней. Хаарам это. Грех.
Конечно, я не ортодоксальный мусульманин. Но мусульманин. И администрация это прекрасно знает. Ей не надо, чтобы я работал, она заинтересована в том, чтобы я отказался от работы. Иначе не стала бы снимать меня с бани, где я проработал почти полтора месяца. И мог бы работать и дальше.
# # #
К вечеру на Дигитли налетают полчища комаров. Голодных и злых. Пик остервенения этих тварей приходится на время вечерней проверки в 21.00, когда они безжалостно атакую колонистов целыми эскадрильями.

24 мая 2010 (понедельник).

Это становится уже смешно. 7.00. Проверка. Развод. Дежурный офицер лениво зачитывает:
- Свинарник! Муртазин.
Выхожу из строя. Иду в «жилую секцию». Как-будто так и должно быть. Или ОНИ думают, что «жилая зона» - это и есть свинарник?
Получил справку из бухгалтерии. С удивлением узнаю, что 17 мая я назначен разнорабочим с окладом… 4 333 рубля. Это почти на 2 тысячи больше, чем значилось в приказе, с которым меня ознакомили 17 мая, и в котором я расписался, что ознакомился, но хочу обжаловать его. Похоже, что того приказа, с которым я знакомился в моём личном деле, уже нет. Его, видимо, уже заменили на более «правильный» приказ. Приложив к нему «Акт об отказе от ознакомления».
# # #
Приезжали Игорь и К. Уголовное дело по фальсификации выборов в Декабристском округе, возбужденное благодаря настойчивости Игоря, похоже, спускают на тормозах. Хотя доказательств набралось более чем достаточно, и избирательные комиссии можно в полном составе направлять в Дигитли. Можно ненадолго. Двух-трёх месяцев «летних трудовых лагерей» было бы вполне достаточно, чтобы навсегда отбить желание мухлевать на выборах не только членам участковых избиркомов Декабристского округа, но и всех, кто будет работать на выборах в будущем. А это, видимо, очень напугало Систему. Как же она будет обеспечивать «правильные» итоги голосования, если все без исключения члены комиссии не будут мухлевать?

25 мая 2010 (вторник).

Традиционно на утреннем разводе прозвучало:
- Свинарник - …Муртазин.
Традиционно на свинарник не пошёл. Но пошёл вместе со всеми на погрузку мяса.
Подъехал КамАЗ, за рулём которого оказался мой тёска. Ирек оказался в Дигитли после ДТП со смертельным исходом. Суд приговорил его и к лишению свободы, и лишению права управлять транспортными средствами. Но это не помешало администрации посадить его за руль КамАЗа. И ездить не только по Дигитлям. Сегодня Ирек поехал в Нижнекамск.
О каком исправлении осужденных, о привитии осужденным уважительного отношения к Законам можно говорить, если администрация плевать хотела на эти самые Законы? Если осужденные рассматриваются исключительно как дармовая рабочая сила.

26 мая 2010 (среда).

Ровно полгода, как суд объявил меня преступником. Ровно полгода несвободы, которую я прошел по маршруту тюрьма, одиночная камера – тюрьма, общая камера – этап в колонию-поселение – колония – поселение, фактически превращенная в колонию общего режима, потому что моё «жизненное пространство» сузилось до размеров «жилой зоны».
# # #
Максим О., переведенные в Дигитли из Пановки не долго задержался здесь. Сегодня Мамадышский райсуд вынес Постановление о смене режима содержания с колонии – поселения на общий режим. Но администрация нашей колонии может отчитаться перед «корпоративным братством», что свою задачу выполнило – «опустило» Максима в «обиженные».
# # #
А вот девушку, утверждавшую, что сотрудник ФБУ КП-17 склонял её к половым отношениям, отправить в колонию общего режима не удалось. Пока не удалось. Рассмотрение дела отложили на завтра. Чтобы заслушать еще и свидетелей.
От неё-то и узнали о подробностях рассмотрения дела Максима. Процесс длился минут 5. Судья даже не стал выполнять формальностей и вынес решение, не утруждая себя удалением в совещательную комнату. Беспредел? Беспредел!
# # #
Приезжал тесть. Срочно понадобился документ о том, что я не возражаю против выезда Булата на отдых за пределы России. Конечно, не возражаю!

27 мая 2010 (четверг).

Лену Б-ву снова повезли в Мамадыш, на рассмотрение представления о замене колонии – поселения на колонию общего режима. Это уже второй судебный день. Накануне процесс получился очень занимательным. Девушка пожаловалась, что в колонии не выполняется требование УИК о том, что осужденные «имеют право на вежливое обращение».
- В чем это выражается? – уточнил судья.
- В том, что к нам постоянно обращаются на «Ты», грубят, обзываются…
- Ты что врёшь, Б-ва? Кто тебе, сука, тыкает? С тобой очень вежливо обращаются, - вмешался сотрудник ФБУ КП-17, вызванный в суд для дачи свидетельских показаний и оставшийся в зале после выполнения своего гражданского долга.
Судья даже не посчитал нужным сделать замечание разнервничавшемуся свидетелю.
А сегодня суд вынес постановление о смене режима Б-вой. В жилую зону её уже не подняли. Сразу после возвращения из Мамадыша поместили в карантинную камеру, где она будет дожидаться этапирования вначале в тюрьму, а оттуда уже в колонию общего режима. Если, конечно, кассационная инстанция не отменит постановление Мамадышского райсуда.
# # #
Геннадий Павлович Мамонтов приходил в штаб ФБУ КП-17. Пересеклись.
- Надо выходить отсюда. Любой ценой выходить. На воле такие интересные времена начинаются… - сказал Мамонтов.
- Нет, Геннадий Павлович, любой ценой мне не надо – возразил я. – «Любой ценой» мог бы и не попадать сюда. Можно было склонить голову, покаяться и отделаться штрафом. Только каяться мне не за что. А уж тем более гнуть шею не могу себе позволить. Надеюсь только на Верховный Суд России.
А еще Геннадий Павлович «порадовался» за своего судью Газизову, которая вынесла ему приговор, а сейчас оказалась в «списке шестидесяти» - не рукопожатных в США (в том смысле, что сотрудники посольства не будут с ними прощаться за руку, вручая визу на въезд в США).
Список этот опубликовала «Новая». Мамонтов газету выписывает. Получил. Порадовался. Жизнь налаживается!

28 мая 2010 (пятница).

Погода испортилась. Весь день моросил дождь. Ещё день-другой такой погоды и Дигитли снова окажутся оторванными от Большой Земли.
# # #
Вчера в колонии появился новый обитатель. Ренат из Мамадыша. По ст.116 УК РФ («побои») его приговорили к…15 суткам лишения свободы.
Ренат сразу оказался в центре внимания местных остряков:
- Ренат! Ходатайство об УДО будешь писать!
- Это у тебя пятая трудовая четверть? Две недели трудового лагеря?
- На пару недель бы раньше, успел бы на посевную.
- Капусту-то посажать успеет ещё. Без суда и следствия. Отыграешься! Капусте и адвокатов не дают. Сажай – не хочу!
Вообще-то это идиотизм. Вроде бы всего 15 суток, а всё равно судимость.
# # #
В «Новой», оказывается, вышли мои размышления о не состоявшейся амнистии и о том, почему амнистия – дело абсолютно бесполезное.
# # #
Отнёс в спецчасть целую кипу заявлений: одно – начальнику колонии, три – прокурору по надзору Микеркину. Кашапову предложил создать самодеятельную организацию осужденным «Закон и порядок», которая займется «формированием правовой культуры и ликвидацией правовой безграмотности» осужденных, «путем изучения базовых норм российской правовой системы».
А Микеркина «попросил» принять меры прокурорского реагирования и вынести предписания об устранении нарушений российского исправительного законодательства, «имеющих место быть» в ФБУ КП-17.
# # #
После 22.00, когда инспектора обходят спальные помещения, выключают свет и желают осужденным спокойной ночи, оставляя дежурное освещение, мало кто засыпает сразу. Вспыхивают беседы о том – о сем. Как правило, ни о чем, пустой трёп из серии «если бы да кабы» или «а хорошо бы если бы…».
Вчера кто-то громко, на всю секцию произнёс:
- Спите, зэки, дорогие, ваших баб е…ут другие.
И началось! О том, что все женщины б…ди, что никто никого не ждёт, что при возможности любая женщина изменит.
В разговор не вмешивался. Просто слушал. Пока всё это не надоело:
- Эх, пацаны, - говорю – как же вам не повезло в жизни, что среди ваших знакомых девчонок одни шалавы.
- Да все они такие – возразили мне чуть ли не хором.
- Если человек вырастет среди людоедов, будет общаться только с людоедами, он будет убежден, что в мире живут одни людоеды. Это не я придумал. Был такой умный дедок по имени Карл и по фамилии Маркс, который ещё в те времена, когда не было ни мобил, ни компов, ни телевизоров, вывел закон – «Бытие определяет сознание». Хотя на Руси этот закон бытия и раньше знали. На подсознательном уровне. Потому и говорили: «с кем поведешься от того и наберешься».
Не знаю, убедил ли я кого-нибудь в ошибочности из представлений о женской половине человечества, но продолжать разговор не видел смысла:
- Ладно, пацаны, спокойной ночи… - миролюбиво произнес я и, отвернувшись к стенке, в скорее уснул. Уснул в надежде, что мне приснятся мои женушка и сынишка, которые воспринимаются мною как одно целое, которое не возможно представить друг без друга, а меня – без них. Потому что они – часть меня, моей души…

29 мая 2010 (суббота).

Несмотря на субботу, утренний развод начался со слов:
- Свинарник – Муртазин…
Упорство, достойное более разумного применения. Прекрасно понимаю, что это не инициатива Кашапова. Но нельзя же так топорно выполнять поручения.
14 мая они проводят заседание комиссии профучета, тут же вывешивают моё фото на стенде «профилактический учет», окончательно признав, что я «склонен к дезорганизации». (Между прочим, «дезорганизация» - это статья УК. Со сроком наказания до 5 лет лишения свободы за насилие или угрозу применения насилия с целью воспрепятствования исправления осужденных. У меня нет другого выхода, как обратиться в правоохранительные органы с требованием возбудить уголовное дело по ст. ст. 129 и 130 УК РФ. Потому что утверждение, что я «склонен к дезорганизации» - это чистой воды клевета и оскорбление.
А 17 мая меня переводят на должность «разнорабочий свинарника», заведомо зная, что в свинарник я не пойду. Но потом у них возникла какая-то заминка. И отыграть назад (вернуть меня в баню) не могут, и пойти дальше (закрыть в ШИЗО и отправить в суд представление о заме колонии-поселения на колонию общего режима), видимо, что-то мешает. В результате это становится похожим на фарс: каждое утро меня «разводят» в свинарник и каждое утро, вот уже 12 (двенадцать!) дней вместо свинарника иду в «жилую зону».
# # #
Весеннее обострение болей спины в этом году припозднилось. И затянулось. Уже больше двух недель ужасно болит спина. «Диклофинас», который раньше «снимал» боли за два – три дня, нынче не помогает. Промучившись неделю, обратился с ходатайством о приеме у невропатолога. Жду уже почти 10 дней. Безрезультатно. Похоже, для того, чтобы тебя повезли на прём к специалисту в Мамадыш, надо сдохнуть.
# # #
Ещё в прошлую пятницу должно было состояться открытие новой столовой. Вообще-то открытие могло состояться и раньше, но ждали начальника УФСИН РФ по РТ. Не дождались. В связи с ДТП, в результате которого погибли 3 офицера ФБУ КП-17 визит высокопоставленного чиновника был отменен. Но руководство колонии не теряет надежды, что визит не отменён, а лишь отложен. Поэтому отложили и открытие новой столовой.

30 мая 2010 (воскресенье).

У Рустама Н. умер отец. Администрация ФБУ КП-17 проигнорировала ст.197 УИК РФ и не отпустила парня на похороны. Это несмотря на то, что парень – ДТПшник, в колонию приехал не этапом, а «своим ходом».

31 мая 2010 (понедельник).

Отнёс в спецчасть 2 заявления. Одно – в прокуратуру по надзору. Второе – в Елабужское межрайонное отделение СКП РФ по РТ.
У прокуратуры потребовал вмешаться и обязать администрацию ФБУ КП-17 убрать мою фотографию со стенда «профилактический учет». Поскольку обвинение меня в том, что я «склонен к дезорганизации», т.е. склонен к применению насилия или к угрозе применения насилия с целью воспрепятствования исправления осужденных (именно так трактует «дезорганизацию» ст.321 УК РФ, предусматривая за это деяние до 5 лет лишения свободы) – это ничто иное, как клевета и оскорбление.
В СКП же потребовал возбуждения уголовного дела по ст. ст. 129 и 130 УК РФ за распространение не соответствующих действительности сведений о моей «склонности к дезорганизации».
# # #
Администрация ФБУ КП-17 продолжает делать вид, что я хожу в свинарник. Я «продолжаю делать вид», что разнарядка «свинарник - …Муртазин» не имеет никакого отношения ко мне. И не хожу в свинарник.

1 июня 2010 (вторник).

Получил повестку, что завтра Мамадышский райсуд рассмотрит моё заявление о правомерности приказа о переводе меня с должности « рабочий бани» на «должность «разнорабочий свинарника».
# # #
Продолжает болеть спина. Хожу как проглотивший лом.
# # #
Перебои со светом и водой уже стали привычными и не раздражают. Человек ко всему привыкает.
Причины перебоев с энергоснабжением, видимо, изношенность оборудования. Но это только версия. А вот почему уже к обеду происходить осушение кранов известно достоверно. Насосы не успевают накачать воду в баки, поскольку очень много воды уходит на полив. Вода нужна капуте, моркови, огурцам и прочим сельхозкультурам. А осужденные – перетопчутся…
# # #
Между тем прошло уже ровно 4 месяца, как меня отправили в Дигитли.
# # #
Решил реализовать право, предоставленное мне (как и всем осужденным, содержащимся в колониях-поселених) министром юстиции РФ. Именно Министр юстиции РФ ещё в 2005 году издал приказ, которым утвердил «Правило внутреннего распорядка в исправительных учреждениях» согласно ст. 14 которой осужденные, содержащиеся в колониях-поселениях, могут вообще не надевать тюремную робу, а ходить в вольной одежде. Право это – безусловное, не требующее разрешения администрации. На проверку пошел в джинсах и футболке. Сотрудники ФБУ КП-17 растерялись, когда на требование одеть робу ответил, что ПВР, а именно ст.14 разрешает не надевать:
- Если вы ставите себя выше Министра юстиции и отменяете его приказ, я, конечно, одену робу. Только, будьте любезны дать мне письменный приказ.
Пообещали. Посмотрим, как будут дальше развиваться события.

2 июня 2010 (среда).

Начальник отряда № 1 ФБУ КП-17 Ильнур Сагитов, старший лейтенант – с виду вполне приличный человек. Но в зале Мамадышского районного суда, где сегодня рассматривалось моё заявление об отмене приказа о переводе меня из бани в свинарник, Сагитов врал. Врал неуклюже, не вдохновенно. Вранье было видно невооруженным глазом. Судья не мог не заметить этого. Но сделал вид, что не заметил. И поверил на слово, что мой перевод был обусловлен «производственной необходимостью», поскольку ряд работников свинарника были переведены на посевную и пришлось затыкать кадровую брешь. Ни одного доказательства (приказов о переводе на посевную) представлено не было. Как не нашло и ответа на вопрос о том, почему меня не отправили на посевную?
Но суду ответы на эти вопросы не понадобились. Суд и без них решил, что приказ о переводе вполне себе законен и отменять его нет необходимости.
В общем, в удовлетворении моего ходатайства суд отказал. Оглашена была только результативная часть решения. Полное решение обещали представить 7 июля.

3 июня 2010 (четверг).

10 человек поехали в Мамадышский райсуд на рассмотрение ходатайств об условно-досрочном освобождении. Ещё двое – на рассмотрение представлений о смягчении режима отбывания наказаний – с колонии – поселения на исправительные работы.
8 человек вернулись из Мамадыша глубоко несчастными людьми. Потому что суд отказал в удовлетворении ходатайств. А четверо покинули Дигитли вполне счастливыми, потому как суд посчитал, что они исправились и не нуждаются в дальнейшем пребывании в колонии-поселении.

4 июня 2010 (пятница).

Дождались! Приехал начальник УФСИН РФ по РТ генерал Хамадишин. Открыл столовую. Для перерезания красной ленточки всех, кто был в жилой зоне ,выстроили перед столовой.
- А что это вы в джинсах? – обратил внимание генерал на мою вольную одежду.
- Реализую право, предоставленное мне Министром юстиции России.
- Какое право?
- Ст.14 «Правило внутреннего распорядка». Осужденные, содержащиеся в колониях-поселениях, могут носить гражданскую одежду.
- Вообще-то да, можете… - согласился генерал. После чего произнес речь, предоставил право перерезать красную ленточку двум женщинам и пригласил всех в столовую. Когда экскурсия в столовую завершилась, генералу захотелось поговорить «за жизнь» с осужденными. Но разговора не получилось. Осужденные на всякий случай молчали.
- Джауфит Закирович! – окликнул я генерала, когда он уже собрался покинуть столовую. – Разрешите обратиться?
- Это у нас кто? – генерал сделал вид, что не узнал меня.
- Политзаключенный Муртазин.
- Ну обратитесь, политзаключенный – несколько растерялся генерал.
- Можно попроситься к Вам на личный прием?
- Хорошо, пройдите.
Вышли на улицу.
- Где мы можем поговорить? – обратился Хамадишин к начальнику колонии.
- Можно у меня в кабинете – растерянно ответил Кашапов.
- Хорошо, пойдемте, политзаключенный…
Но до кабинета начальника колонии мы так и не дошли. Генерал начал разговор едва мы отошли от столовой метров на 30. Возможно, опасался остаться в кабинете один на один со мной. Чтобы я не разжег в нем социальную рознь. А возможно, хотел показать, что у него нет секретов от своих подчиненных.
- И о чем Вы хотели поговорить? – спросил генерал меня, оглядывая сотрудников ФБУ КП-17, столпившимся вокруг нас. Сотрудники напряглись. Видимо, ждали, что я начну жаловаться на них. Но я не начал. Мелковато!
- Джауфит Закирович! Меня серьезно беспокоит реформирование системы исполнения наказании о которой не устают говорить Министр юстиции России и начальник УФСИН России. Боюсь, что она выльется в пустышку. Для реформирования нет законодательной базы. Сегодня в России из 850 тысяч осужденных около 150 тысяч находятся в колониях-поселениях, остальные - в тюрьмах и колониях. В результате реформирования системы исполнения наказания в тюрьмах да колониях останутся 150 тысяч, остальные будут содержаться в колониях – поселениях. Цели-то заявлены благие – гуманизация, отделение «обычных» осужденных от «авторитетов» криминального мира. Но, увы, боюсь, что реформа захлебнется. Нельзя заставить поселение жить «не по понятиям», когда вся Россия живет «по понятиям». Или надо честно сказать, что цель реформы – снижение бюджетной нагрузки, радикальное сокращение расходов на содержание осужденных. Или же начать с законодательной базы. Сегодня в УИК РФ 2 статьи, посвященные колониям – поселениям. В ПВР еще пяток. Условия отбывания наказания в колониях – поселениях совершенно не регламентированы. В итоге, колония – поселения превращаются в вотчины начальников КП, которые вынуждены организовать жизнедеятельность колоний – поселений, руководствуясь не законам и нормативными документами, а исключительно своими представлениями о том, как должна функционировать колония. У нас, к примеру, территория колония скукожилась до территории «жилой зоны».
Генерал слушал меня внимательно, не перебивая. Услышав про КП-17, улыбнулся, мол, сейчас начнется самое главное - жалобы на администрацию ФБУ КП-17. Но не началось. Развивать тему границ КП -1 7 я не стал.
- Минюст России обладает правом законотворческой инициативы. Никто не мешает Министру внести в Госдуму законопроект о внесении поправок в УИК РФ. Возможно, что это будет отдельная глава в УИК. Могу я обратиться к Министру юстиции России со своими предложениями? Есть кое-какие соображения.
- Почему нет, я не могу Вам запретить.
- А без перлюстрации? Напрямую?
- Я же не знаю, что Вы хотите написать – генерал совсем растерялся.
- Если Министр посчитает необходимым довести до Вас содержание письма, он это сделает – что называется «Остапа понесло».

5 июня 2010 (суббота).

Первый день работы новой столовой. Но меню осталось старое. Увы.
# # #
Захотелось перемен. Радикальных. Монотонное однообразие арестантской жизни утомило изрядно. Жажда перемен сподвигла на решение постричься. Нагло. Под бритву.
Там, где были волосы, кожа оказалась белой-белой. На фоне изрядно загоревшей коже лица голова выглядит очень несуразно. Ну и ладно. Волосы вырастут очень быстро. Надеюсь, что больше мне не придется стричься до самого освобождения.
# # #
Обезволосился я ближе к вечеру. А днем колонию обходил подполковник Кашапов. Увидев меня, завел разговор «за жизнь». Минут 5 простояли в коридоре, но, видимо, поняв, что разговор на людях не пойдет на пользу невольным свидетелям разговора, Кашапов пригласил меня в библиотеку. Говорили долго и нудно. И, пожалуй, бесполезно. Впрочем, не совсем. Узнал, что в колонии трудоустроены 98 человек (а в феврале таких было чуть больше 30, значит, не напрасно я голодал в апреле).

6 июня 2010 (воскресенье).

Похолодало. Резко.
Получил извещение, что 12 июня ВС РТ рассмотрит мою кассационную жалобу на решение Мамадышского райсуда, отказавшегося отменять приказ Кашапва о ШИЗО.
Написал заявление о краткосрочном отпуске на 30 часов ля участия в судебном заседании. Знаю, что откажут, но всё же…

7 июня 2010 (понедельник).

Сотрудники ФБУ КП-17 делают вид, что не замечают, что я не одеваю робу. Я делаю вид, что не замечаю, что они не замечают, что на построения выхожу в джинсах и футболке. Та и живем.

8 июня 2010 (вотрнки).

Вахитовский райсуд Казани сообщил, что рассмотрит моё заявление об отмене решения гордумы об изменении порядка избрания мэра города 18 июня в 9.15 в кабинете 309.
Понимаю, что бесполезно, но, думаю, надо написать заявление об отпуске.
# # #
После отбоя Андрей Ежов что-то говорил, говорил, говорил…. Его никто не слушал, но он изрядно всех утомил. Со всех концов секции неслось возмущенное:
- Ежик! Достал!
- Может, помолчишь?
- Мы спать сегодня будем?
И тут Ежов миролюбиво и абсолютно искренне произноси:
- Да ладно, пацаны, не сердитесь. Когда еще мы вот так соберемся?
- Хохот в секции собрался такой, что задрожали стекла, затряслись шконки…
# # #
Заезжал Васыл.
# # #
Ничего не происходит. Монотонность будней вполне может свести с ума, к полной деградации, превращению в нравственного доходягу. Держусь. Кажется, что силы на исходе.
# # #
Если бы Сергей Магницкий сидел не в «Матросской тишине», а в Дигитлях, он всё-равно бы умер. Цинично, но честно. Мамадышскую районную больницу его вряд ли повезли, а здесь оказать медицинскую помощь некому.

10 июня 29101 (четверг).

Всю вторую половину мая женщины сажали капусту. Работали с утра и до вечера. Работали как могли. Или как хотели. В строгом соответствии с наблюдениями мыслителей, сделанными несколько веков назад о не эффективности подневольного труда, о том, что когда нет мотивации хорошо и качественно работать, на положительный результат лучше не рассчитывать.
В общем, чуть ли не половина посаженной капусты так и не прижилась. Сегодня женщины снова пошли сажать капусту.

11 июня 2010 (пятница).

Около полудня сообщили, что в 13.30 Мамадышский райсуд рассмотрит мой заявление об отмене Постановления об отказе в возбуждении уголовного дела в отношении Кашпова.
Как и предполагалось, суд отказал в удовлетворении заявления, поданного в порядке ст.125 УИК РФ. Процесс длился часа 3. снова пришли к выводу, что территории КП – это территория «Жилой зоны.
# # #
На утреннем разводе впервые 17 мая не услышал слов «Свинарник - …Муртазин».

13 июня 2010 (воскресенье).

Двухсотый день несвободы.
Накануне, по колонии стремительно расползся слух о том, что в среду – четверг около 30 арестантов – первоходов увезут в другие колонии. С целью реализации установки «О сепарации осужденных». Те, кто впервые отбывает наказание, не должен содержаться вместе с теми, кто уже давно «протоптал тропинку» в исправительные учреждения.
Чего сейчас-то сепарировать? После того как человек уже пожил вместе со второходами, уже научился пить чефир, материться, отравился «романтикой воровской жизни», переводить его куда-то уже поздно, уже бесполезно.
# # #
Приболел. Болит горло, нос заложен, кашель. То ли грипп, то ли ангина, то ли ОРЗ. Медработник будет только во вторник. А до этого нет возможности даже температуры измерить. А она, похоже, тоже высокая, под 40.
# # #
Морковь, посаженная арестантами, тоже не взошла. Саботаж?

15 июня (вторник).

Вызвал Райнур Шамльевич (замначальника колонии). «Пиши - говорит – объяснительную на имя прокурора по надзору». О том, что не имею претензий по повод постановки меня на профилактический учет.
- Фотографию твою со стенда «профучета» уже сняли…
- Значит, я не склонен к дезорганизации исправительного учреждения?
- Да никто и не ставил…
- Как это не ставил? А комиссия? А фотография?
- Всё сняли. Инцидент исчерпан?
- Исчерпан – говорю. И пишу. Так, мол, и так, претензий не имею. После того, как моё фото было изъято со стенда профучета.
- Этого писать не надо. Достаточно того, что претензий нет.
- Это вам достаточно. А мне нет. Без этого предложения получается, что я обратился в прокуратуру, не имея на то оснований. А так получается, что обратился я тогда, когда основание было, а после вмешательства прокурора – причина обращения устранена.
# # #
После обеда в колонии не осталось ни одного сотрудника, кроме дежурной смены. Все ушли на фронт. Фронт поиска Розалии С., которую повели на работу в поле. Девушка поработала-поработала и…ушла, куда глаза глядят.
В колонию Разалию этапировали 2 июня. Срок у неё 2 года, 2 месяца по ст. 159 УИК РФ. Вообще-то она должна была быть на карантине, её должны были изучать, выявить склонности, морально-психологические качества… Но кому это надо? Кого это интересует? Тем более в период полевых работ? Вот и направили её в поле. А там вольный воздух, видимо, вскружил голову. После нескольких месяцев, проведенных в тюремной камере это вполне возможно. И женщина ушла.
Искали её до самой ночи и, говорят, нашли уже ближе к полуночи. При задержании сопротивления не оказала. Помещена в штрафной изолятор.

16 июня 2010 (среда).

Приезжал отец. За доверенностью на представление моих интересов в Вахитовском районном суде Казани, которую я выписала Игорю Веселову.
# # #
Отец еще был в Дигитлях, когда приехали «воронки» и забрали около 30 человек - впервые осужденных - для дальнейшего отбывания наказания в колонии поселения при ИКА-10 в Менделеевске. Меня почему-то оставили. «До особого распоряжения». Райнур (зам по БОР) клянется, что не знает планов УФСИН РФ по РТ относительно меня.
-Райнур Шамильевич ! Если меня тоже переводят, я бы сейчас отправил один баул с книгами и бумагами домой. Чтобы не таскаться по «воронкам» .
-По тебе указаний пока нет. Скорей всего останешься здесь.
-Это точно?
-Не знаю. Но по состоянию на сегодняшний день - абсолютно точно.
В общем ничего я домой не отправил.

17 июня 2010 (четверг).

Ездил в Мамадыш. Райсуд рассмотрел мои заявления об отмене выговоров, полученных в ИЗ-16/2. За межкамерную связь с «вором в законе» Гриний (Габсалямовым) и «сон в дневное время суток». Представители ИЗ 16/2 в суд не приехали. И никаких отзывов представлять не стали. Да и зачем «париться», если судья Рустам Ильгизович Валеев сразу стал на сторону изолятора и , нарушив процессуальную норму, что я не должен ничего доказывать, в удовлетворении заявлении отказал. Беспредельщик !

18 июня 2010 (пятница).

Вахитовский райсуд рассмотрел мое заявление об отмене решения Гордумы, «упрощающей» порядок выборов мэра города, перепоручив это хлопотное дело депутатам Гордумы. Мол, пусть они выбирают градоначальника из числа депутатов, нефиг населению принимать участия в этом «мероприятии». Того и гляди не того выберут, хлопот не оберешься.
Около 15.00 меня увезли в Казань, прибыл этап (вроде бы из Пановки). Разгрузили арестантов. Дали мне 15 минут на сборы и повезли. Во всем воронке было 2 человека (не считая конвоя). Я и Харисов, которого прямо из штрафного изолятора увезли МОБ (тюремную больницу).
Моя 137 суточная дигитлинская часть несвободы завершилась. Завершилась ожидаемо, но все-таки неожиданно. Знал, что в Татарстане идет кампания по « сепарации» осужденных. Что «первоходы» должны содержаться отдельно, повторно отбывающие сроки – отдельно. Только глупость это. «Сепарация» в том виде, в котором она проводится в РТ ничего путного не даст. «Сепарировать» надо было при распределении арестантов из СИЗО. А когда это делается путем перекидывания из колония в колонию - это уже пусты хлопоты. К тому же сопряженные с нарушением закона. Конкретно, статьи 81 УПК РФ, согласно которой осужденные должны отбывать весь срок наказания в одном МУ.
# # #
Привезли в «родной» второй изолятор. Который рядом с моим домом и в котором я уже сидел в ноябре-январе.
Думал, что прошел все «круги ада». Что хуже «дробей» ничего нет. Какая наивность! Транзитная камера №12 оказалась намного хуже.
В номере нас шестеро. Двое из Марий Эл, остальные – татарстанцы. У Ивана – это девятая судимость. Еще у одного «перережим», отсидел 4 года в «общей» «зоне», перевели в колонию-поселение. Еще на 3 года. И в чем был смысл «сепарации»?

19 июня 2010 (суббота).

Утро началось со скандала. На проверке забрали варенье. В пластиковой бутылке. Закатил скандал. Мол, вчера при «заезде» варенье пропустили. Мог оставить в бауле. В общем, варенье вернули.

21 июня 2010 ( понедельник).

Колю Жирова из Йошкар -Олы увезли на этап. В Йошкар-Олу. Чего привозили-то? У человека 1 год 1 месяц за ДТП «со смертельным исходом». До конца срока – 9 месяцев. Должен сидеть в родной республике. А его повезли в Татарстан. Но отправить в колонию не успели. Друзья-родственники
поскандалили и дабы не раздувать скандал, УФСИН решил быстренько исправить свою оплошность
На утренней проверке передал четыре заявления. Первое о предоставлении возможности принять участие в судебном заседании по рассмотрению моей кассационной жалобы на решение Мамадышского районного суда, отказавшегося отменять постановление начальника КП-17 о водворении меня в штрафной изолятор.
Мол, раз уж я оказался в Казани, а у изолятора есть возможность обеспечить участие в судебном заседании посредством сеанса видеосвязи, прошу, мол, связаться с ВС РТ, сообщить имчто я в Казани и хочу реализовать свое право на личное участие в судебном заседании.
Мое заявление проигнорировали. В суд никто не звонил, кассационную жалобу рассмотрели без меня. В удовлетворении отказали (как выяснилось позже).
Второе мое заявление на имя начальника ИЗ-16/2 полковника в/с В.А.Шуркова было требованием разъяснить на каком основании мне де-факто заменили режим содержания с колонии-поселения на тюремное.
Третье заявление-требование вернуть обручальное кольцо, деньги. Кошелек(изъятое, когда меня «принимали» в изоляторе) предоставить право на телефонный звонок родственникам (чтобы сообщить где я нахожусь).
Четвертое заявление- требование разъяснить, почему меня поместили в камеру №12, где накануне содержалось более десяти осужденных-больных туберкулезом, которые этапировались из Ульяновска в Удмуртию, в спецколонию для туберкулезников.
В течении суток ответа на свои заявления так и не дождался. Зато сообщили, чтобы я готовился на этап, который будет в час ночи в среду.
# # #
Водили в баню.

22 июня 2010 (вторник).

Принесли передачу. Значит на воле узнали, что я в Казани. Это не может не радовать.

23 июня 2010 (среда).

Привезли в Менделеевск. Из Казани увезли более ста арестантов. В Нижнекамск и Менделеевск. Из «поселенцев» был я один. Поэтому меня «запихнули» в «стакан». Это такая коморка в 15 спичечных коробков в ширину, столько же в длину. На дверях снизу и сверху - четыре отверстия для поступления воздуха. Но когда на улице за тридцать - в «стакане» сауна. Через полчаса после начала движения колонны (четыре воронка и две машины сопровождения) снял футболку и выжал
Четыре часа дороги показались четырьмя часами в преисподнюю.
# # #
Поместили в карантин. Позвонил домой, сообщил, что я в Менделеевске.

25 июня 2010 (пятница).

Приезжали Булат, Лисенок и Рустик из Гильдии предпринимателей (попросил жену одной в дорогу не выезжать).
Булат в восторге от Испании. Жаловался на маму:
-В Барселоне Лейсан потерялась. Я ей звоню- звоню, две смс-ки отправил. А она телефон в машине оставила…
-А сам-то где телефон нашел?
-Да там русских полным-полно, попросил у одного, потом еще у одного, потом еще. Потом смс-ку отправил, что сижу там-то и жду ее…
В версии Лейсан эта история выглядела так. Булат потерялся. Проискав мальчишку 2,5 часа Лейсан вся в слезах, обессиленная вернулась в машину В состоянии близкой к истерике. И тут обнаруживает на телефоне 18 неотвеченных звонков и две смс-ки. Ругать нашедшегося Булата сил уже не было.
Слушая жену и сына, с трудом удерживал на лице маску сурового папы и мужа. А душа-то радовалась, умилялась, что мальчишка не растерялся в чужом городе, не стал носиться. как угорелый в поисках мамы, а принял единственное верное решение.
Свидание пролетело, как миг.
Не успели они уехать, как вызвал начальник отряда и предложил работу - вахтером в штабе. Грех отказываться от такой работы.

26 июня 2010 (суббота).

Первый рабочий день. В мои обязанности входит встреча посторонних (всех кто не в форме), выписывание пропусков, разъяснение посетителям, где какой кабинет находится.
Одна из женщин, приехавших на свидание к сыну, узнала меня:
-Как в анекдоте - Не знаю, что находится в этом здании, но вахтером там Ирек Муртазин… Это я так дома своим буду рассказывать..!
Приезжал начальник колонии. Поздоровался, поинтересовался, разъяснили ли мне мои должностные обязанности.
Вызывал начальник оперативного отдела. Поговорили «за жизнь». Оказалось, что он бывший опер из Н. Челнов. Хорошо знает Юру Удовенко.

27 июня (воскресенье).

Тихой сапой прошла треть срока, отмеренного мне Кировским районным судом. Можно писать ходатайство об условно-досрочном освобождении. Но писать не собираюсь. Потому что, если выйти на свободу. то вероятность отмены приговора в ВС России резко уменьшится. Мол. Чего отменять-то. И так на свободе человек.
Кроме того, у меня ШИЗО и два выговора. А с таким «багажом» об УДО лучше не заикаться.

30 июня 2010 (среда).

Прошла неделя, как я в Менделеевске. Время тянется мучительно долго. И на первый взгляд писать совершенно не о чем. Но это только на первый взгляд. Оглядываясь назад, вспоминая прошедшую неделю, понимаю, что не такими уж и бессобытейными были эти семь дней.
По меркам любого российского «зека» устроился я не плохо. Не успел приехать, как меня пригласили в гараж. Там уже основательно устроились «дигитлинцы»- Ильдар, Филюс, Саня. Напоили меня чаем, накормили. В общем «приписался» я к гаражу, где пацаны по очереди готовят еду… Дело в том, что столовой в колонии-поселении ИК 10 нет. Еду приносят «из-за колючки», из столовой колонии общего режима. И приносят только завтрак и ужин. Качество еды - отвратительное… Обед вообще не приносят. Потому что каждый день около семидесяти арестантов увозят на работу в «Весенний» (раньше это был совхоз, нынешнюю форму собственности не знаю), где они выращивают огурцы- помидоры. Там и обедают. Кормят, по словам тех, кто работает в теплицах, ПРЕВОСХОДНО. Первое, второе, третье. И суп чуть ли не домашний, и второе- с котлетами, с мясом… Те, кто остается работать в колонии-поселении ( а это человек 20-25 ) обедают как придется. Тем, кто работает в поле ( на тракторе ли. На заготовке сена ли) обед привозят ( возможно тоже из столовой «зоны»). Те, кто остаются в колонии ( 5-6 человек ) готовят сами.
# # #

Работа моя вроде бы не сложная. Но психологически очень тяжелая. Почему-то каждый второй, приехавший на свидание к мужу, брату, сыну считает своим долгом поделиться со мной своей бедой, рассказать о том, что « ни за что закрыли человека».
Слушаю, невольно впитывая в себя беду людей, которые тоже оказались наказанными…
# # #

Приезжала мама Жени С. Валентина Александровна два года ждала сына из Чечни, где он служил в спецназе ГРУ, гонялся за бандюганами по горам…
Мама ждала, проплакав все глаза. Теперь ждет, когда сын освободится из мест лишения свободы. Приехала на свидание, но… Женя в штрафном изоляторе. А лица, содержащиеся в ШИЗО. Права на свидание лишаются.
В Дигитлях Женя работал « забойщиком». Ни свет ни заря уходил в забойный цех, где одним ударом ножа распарывал горло хорошо откормленной, килограммов на 150 и больше/, свиней. Животное даже хрюкнуть не успевало. Отдавая богу душу. Потом Женя с двумя напарниками вешали свинью на специальные крюки и разделывали. До обеда успевали забить и разделать 7-8 свиней.
Когда Женю привезли в Менделеевск, он узнал, что «мужской» работы здесь нет. А заниматься «лютиками-пестиками», подвязывая рассаду, окучивая сорняки, бывший спецназовец отказался.
Отказ от работы – очень серьезное нарушение. С очень серьезными последствиями. Женю закрыли в ШИЗО и сейчас готовят документы на «перережим» - с колонии поселения на колонию общего режима.
Мама жени так и не добилась свидания с сыном. И передачу у нее не взяли.
- Может Вы передадите ему хоть сигарет – чуть не плачет Валентина Александровна.
- Поймите, я могу его и не увидеть. Если женю вернут в поселение, сигарет мы и так ему добудем - успокаиваю женщину, как могу…
# # #
К Игорю К. приехала жена. На девятом месяце беременности. Решила навестить непутевого мужа перед тем как лечь в роддом. Игорь – в ШИЗО. Свидания запрещены. Звоню начальнику отряда (он же ИО замначальника колонии по БОР ) :
- Айдар Ильдарович, к К. жена приехала, как бы ей с мужем встретиться ?
- В ШИЗО он, не положено.
- Айдар Ильдарович, а если она рожать начнет прямо на проходной? Кто ее в роддом повезет? И довезет ли?..
Перспектива примерить на себя роль повитухи офицеру не понравилось:
- Сейчас я выйду, разрешим свидание. В порядке исключения.
# # #
Из Агрыза приехали своим ходом двое парней, осужденных к отбыванию наказания в колонии-поселении. У обоих ст.158 (кража). У одного срок 9 дней(!?), у второго -4 месяца. Того, у кого 4 месяца, не приняли. У него это уже вторая «ходка», ему надо ехать в Дигитли. Там он встретиться с Мансуром И., у которого абсолютно идентичное дело. Оба ранее судимы. Оба украли металлолом, чтобы сдать в цветмет. У обоих вполне приличные характеристики (к тому же Мансур воевал в ДШБ в Афганистане) . Мансуру «дали» 2.5 года, агрызскому арестанту – 4 месяца. А как же единообразие судебной практики? Где справедливость-то?

1 июля 2010 ( четверг).

Ильдар Г. , работающий на « Газели» и разъезжающий по окресностям Менделеевска, раздобыл где-то двух отменных налимов.
Около шести вечера свободным оказался только я. Уха получилась на славу. Пацаны, съехавшиеся в гараж после работы, не уставали нахваливать плод моей кулинарной деятельности:
-Уха – Объедение!
-Порадовал!
-Это, увы, не уха,- скромно возражаю я.- Это всего лишь рыбный суп.. Чтобы рыбный суп стал ухой, в него надо грамм 50 водки добавить.
-И в себя грамм 150! – мечтательно произнес Денис…
# # #
Попросил у Лауры Мансуровны, психолога, принести что- нибудь почитать. Принесла « Книгу воина света» Пауло Коэльо и « Жизнь коротка» Сергея Довлатова. Думал растянуть удовольствие. Но куда там! Читать снова нечего. К слову, библиотеки в колонии-поселении нет.

2 июля 2010 (пятница).

Очень много людей приехали на свидания. Впрочем, учитывая, что в колонии общего режима отбывают наказание более полутора тысячи человек, 10-12 человек приехавших на свидание, наверное, не очень и много. Но больше чем в другие дни.
Среди приехавших в ИК-10 три женщины. Одной лет 22-23, вторая- чуть старше, третьей- лет 30-32. Друг друга они не знали. Одна живет в Казани, вторая- в Набережных Челнах, третья- самая молодая- вообще под боком, в Менделеевске. Объединила женщин общая проблема: на «зоне» сидят их мужья, с которыми у них не оформлено официально отношения. В общем, жили так называемым гражданским браком . А по уголовно- исполнительному кодексу свидания (долгосрочные) разрешены только с официальными близкими родственниками. С неофициальными ,свидание может разрешить только лично начальник исполнительного учреждения. А у него сегодня вроде бы выходной. Походили женщины по штабу, но так и уехали ни с чем. Только передачи смогли передать. Как говорится, по форме все правильно, в строгом соответствии с законом ( количество свиданий- то ограничено, а вдруг, приедет официальный родственник, а право на свидание уже реализовано), а по существу - издевательство над здравым смыслом. Ничего хорошего от такой законности общество не получит. И зек будет, пуще прежнего, ненавидеть исправительную систему, и « неофициальный родственник « ни уважения, ни почитания. К системе испытывать не будет.
# # #
Ильдар ездил в Казань. Привез газет. Весь день плавал в море информации.

3 июля 2010 (суббота).

Суббота. Жара. Духота. В штабе почти никого. Сижу на КПП. Мысли – в Казани, дома. И вдруг, в штаб входит… Лейсан.
- Ты чего здесь делаешь? – удивляется жена.
- А ты, как здесь оказалась? – теряю я дар речи.
Оказалось, Наталья Г. и Самат собрались меня навестить, позвонили Лейсан, она быстренько собралась и приехала.
# # #
Спал на простынях, которые источали запах дома. Засыпал, забывшись, что двухъярусная шконка стоит в казарме, где спят еще около 100 человек.
Живем мы, действительно, не в бараке, а в казарме. Когда-то здесь жили солдаты из роты охраны колонии общего режима. Теперь колонию охраняют вольно наемные, а роту краснопогонников с буквами ВВ расформировали. И организовали в казарме «участок колонии-поселения» при ИК-10.
# # #
Из спецчасти выдали 3 письмеца из прокуратуры по соблюдению законности в ИУ. Ответы на мои заявления. Ответы промежуточные, мол, заявление Ваше отправлено туда-то и туда-то. Но интересно не это, а то, что в сопроводиловках, подписанных майором Габер, написано, что я «выбыл в ИК-10». И дата 18.06.2010. Т.е., уже в тот день, когда меня увезли из Дигитлей, там прекрасно знали, что конечный пункт моего путешествия – Менделеевск, ИК-10. А зам по безопасности и оперативной работы КП-17, майор Исмагилов Райнур Шамильевич, божился, что знать не знает, куда меня везут. Трепло!

4 июля 2010 (воскресенье).

Дамир С. украл баллон (5л) пива. Получил 2 года. Сидел в Дигитлях. Перевели, как первохода в Менделеевск. Здесь ему очень не понравилось. Кто-то из родственников Дамира оказался знаком с начальником колонии, что находится в Пановке. В общем, Дамира перевели в Пановку. И сегодня он убыл этапом уже в третье исправительное учреждение. А ведь в ст. 81 УИК РФ черным по белому написано, что осужденные отбывают весь срок наказания в одном исправительном учреждении.

5 июля 2010 (понедельник).

Из ФБУ ИЗ-16/2 поступили деньги, зачисленные на мой лицевой счет. Обручальное кольцо и телефонные карты еще в пути.
# # #
Сдал начальнику отряда телефон. Он будет храниться у инспектора, осуществляющего надзор, в сейфе, а я буду звонить (естественно, в присутствии сотрудника ИУ) по мере надобности уже со своего телефона. Неужели нельзя сделать так же во всех колониях-поселениях? Сколько раз в Дигитлях обращался с подобным предложением. А все без толку, приходилось пользоваться телефоном-автоматом и де-факто право на неограниченное количество телефонных звонков (предусмотренное УИК для поселенцев) ограничивалось живой очередью. Потому как автомат – один, а желающих реализовать право на звонок – много.
# # #
Осваиваю премудрости кулинарии. Сегодня почистил и сварил картошку. Чистить-то её я и раньше чистил. В танковом училище, как-то во время выезда в Тоцкие лагеря , будучи в наряде по кухне, вдвоем начистили картошки на целый курсантский батальон (более 300 человек). Так что, чистка картошки на пятерых и времени много не заняла, и утомить не успела. А вот варить довелось впервые. Как выяснилось – не до солил, а если точнее – вообще не солил.

6 июля 2010 (вторник).

Самое страшное в лишении свободы – это нудное, монотонное, отупляющее однообразие арестантской жизни. Это как китайская пытка, когда капля за каплей, падающие на темечко бедолаги, сводит его с ума. Однообразие арестантской жизни тоже может свести с ума. Или примитизировать сознание (в строгом соответствии с Марксизмом Ленинизмом, небезосновательно утверждавшим, что бытие определяет сознание).

7 июля 2010 (среда).

С утра в колонию пожаловал полковник Матросов, зам. начальника УФСИН РФ по РТ. Приехал на «подведение итогов оперативно-служебной и производственно-хозяйственной деятельности за 2 квартал 2010 года». Но сбор личного состава отменили. В связи с отсутствием начальника колонии. Полковнику ничего не оставалось, как пройтись по колонии и вернуться в Казань.
# # #
Приезжали отец, с Руслан абый, который традиционно привез пряники «ИРЕК». К приезду отца здесь его уже поджидали его старший брат – Ахат абый – в сопровождении супруги, дочери и зятя. В общем, устроили небольшой мишарский шалман.
Время свидания пролетело стремительно. Когда отец уехал, подумал, что и о том мы не успели переговорить, и об этом…
Долбаная сепарация! Получается, что переводя меня в Менделеевск, наказали отца, жену, друзей. Запрещай – не запрещай, все равно будут приезжать, но теперь дорога на 100 км. Длиннее. Для молодого-то подобная поездка – утомительное дело, а в 74 года – и подавно.
# # #

Из «Весеннего» в ИК-10 завезли тонну огурцов и 200 трехлитровых банок. Арестанты, отбывающие наказание в колонии общего режима, должны были засолить огурцы. Но, говорят, не успели. Растащили по баракам!

8 июля 2010 (четверг).

Средь бела дня в ФБУ ИК-10 отключили свет. Караул подняли «В ружье» и усилили посты охранения. Минут через тридцать подача электроэнергии была возобновлена. Выяснилось, что свет был отключен за неуплату. На прмзоне колонии общего режима, к слову, свет говорят, так и не включили. Все еще договариваются.
# # #
Дозвонился до Юрия Семеновича Зака. Экспертиза по книге затянулась. Но обещали, что к концу июля она будет готова. И тогда же уйдет и надзорная жалоба в ВС России. Скорей бы! Сил все меньше и меньше…

9 июля 2010 (пятница).

С утра приезжала мама Альберта Калымова. Оказалось, что еще 5 июля Менделеевский райсуд удовлетворил ходатайство Альберта об условно-досрочном освобождении. Несмотря на то, что судебные решения об освобождении должны приводиться к исполнению немедленно, Калымов до сих пор в колонии.
Не найдя правды в спецчасти колонии, мама поехала в Менделеевск, нашла прокурора, часа через два вернулась. Вернулась довольная:
- Прокурор звонил в колонию , сказали, что сегодня отпустят…
Не отпустили. Освобождение откладывается на понедельник.
# # #
Приехали мамы Игоря Мясникова и Жени Спиридонова. Приехали утром. Но свиданий так и не добились, поскольку Игорь и Женя сидят в ШИЗО. Уже 24 дня. Как приехали из Дигитлей, так и сидят.
Мамы (к слову, познакомившиеся только сегодня), дождались начальника отряда и «насели» на него. Разговор на повышенных тонах проходил под моими окнами. Окно было распахнуто, невольно подслушал:
- В Дигитлях у мальчиков не было никаких проблем, от работы не отказывались – говорила мама Мясникова.- А здесь они сразу отказались. Может причина не только в них? Может вы их подвели под «отказ от работы»? Я буду жаловаться прокурору, что вы уже месяц держите их в ШИЗО…
# # #
Вызвался (добровольно) поехать на заготовку сена. Хотелось посмотреть на Менделеевск (дорога на покос – через город), расположение колонии.
Посмотрел. Ужаснулся. Оказывается ФБУ ИК -10 чуть ли не примыкает к химкомбинату им. Карпова. Тому самому из-за которого Менделеевск считается одним из самых химически загрязненных городов Татарстана . Не зря ведь женщины, работающие на комбинате, уходят на пенсию в 45 лет, а мужчины – в 55. С бухты-барахты такие льготы Родина не предоставляет.
В Менделеевске запредельный уровень заболеваемости органов дыхания и онкологических болезней
Но что интересно, Менделеевск - информационно один из самых закрытых населенных пунктов Татарстана. На информационном поле республики города вроде как бы и нет. С чего бы это? Уж не химоружие ли производят на химкомбинате? Или производили? А сейчас утилизируют? В годы работы в «Вестях», а потом в Кремле и ГТРК, про экопроблемы Менделеевска я вообще не слышал.
Когда выберусь отсюда, надо будет разобраться, интересная тема .Как интересен и вопрос: а и положена ли какие-либо льготы зекам, содержащимся за колючей проволокой, но под боком химкомбината? Колючка и забор от химотравы не защищают. Это я знаю абсолютно точно. А противогазы и ОЗК здесь не предусмотрены.
Проехали через весь город. Еще километров десять после города. Приехали в поле. Трактора уже свое отработали, уложили сено в тюки килограмм по 200-250.
КАМАЗ «принял» всего 8 тюков, самосвал – всего 5. Но закатили мы их быстро. И почти час ждали, пока машины доедут до колонии, разгрузятся и вернутся.
В казарму попал около часа ночи. Спал, как убитый.

11 июля 2010 (воскресенье).

Ливень был сильным, но закончился так же, как и начался – неожиданно.
# # #
Эдик Казаков уехал обратно в Дигитли. Выяснилось, что у него раньше была судимость, которую он отсидел в дисбате. Выяснилось, отправили назад. Правда через ИЗ-16\2. куда он доберется дня через три, т.к. уехал не на воронке, а вагоне- столыпенке, со ст. Круглое поле – через Ижевск и Бугульму, где будут стоять долго и нудно…
# # #

Испания - чемпион! Но я, увы, болел за немцев… Ради игр ЧМ по футболу разрешили нарушить распорядок дня.
# # #
Около девяти вечера дежурный по колонии решил построить и проверить поселенцев. Подхожу к казарме: - Разрешите приступить к «шатанию режима»?
- Что значит «шатать режим»?
-Я расписку дал, в которой был и такой пункт: «Неукоснительно соблюдать распорядок дня». По распорядку последнее построение – в 15.00.
-В необходимых случаях мы можем проводить построение в любое время .
-Правильно! Абсолютно правильно» - легко соглашаюсь с дежурным. – Но «необходимость» - это невозможность визуального надзора за осужденным, предположение, что он сбежал. В этих случаях кроме общего построения вы еще должны сообщить о предполагаемом побеге в УФСИН РФ по РТ и организовать розыскные мероприятия. В любом другом случае построение- это фактически игнорирование приказа начальника колонии полковника Гарипова.
-Какого приказа? – уточнил дежурный.
-Гарипов утвердил распорядок дня. То есть отдал приказ и нам зекам и вам сотрудникам неукоснительно соблюдать этот самый распорядок. Построение в непредусмотренное распорядком дня время – это равнозначно словам «А не пошел бы ты подальше со своим распорядком, гражданин полковник…»
-Утомил! – перебил дежурный.- Можешь не ходить на построение…
А вечером дежурный по колонии пришел в колонию. Оказалось, чтобы посмотреть футбол. В общем, смотрели вместе. Правда, он за голландцев болел.

12 июля 2010 (понедельник).

«Выжили» из КПП. Часа на три. Все это время КПП у входа в штаб, где я «несу службу» или «отбываю наказание», было превращено в кассу по выдаче дорожно-подъемных , арестантам, освободившимся по постановлениям суда об условно-досрочном освобождении. А освободилось человек 25. В основном с колонии общего режима. Но трое ушло из колонии-поселения.
# # #
Из тюрьмы переслали обручальное кольцо. Для получения кольца пришлось приложить немало усилий.
- Получите при освобождении – сказали мне первоначально в бухгалтерии.
- Извините, но я нахожусь в колонии-поселении и имею право носить, в том числе и обручальное кольцо.
-Где это написано?
- В «Правилах внутреннего распорядка в ИУ».
Пришлось проследовать в отдел безопасности. Взять у них ПВР и показать список запрещенных предметов. Под пунктом № 5 осужденным запрещается иметь «Деньги и ценные вещи».
-Вот, смотрите, запрещено! – тычет сотрудник бухгалтерии в пункт № 5.
-А вы читайте ниже, «послесловие» к списку. Там черным по белому написано, что пункты 5.9, 22 и т.д. не распространяются на лиц, отбывающих наказание в колониях-поселениях.
-Точно, написано… - удивляется сотрудник бухгалтерии.
В общем, обручальное кольцо снова на моем пальце…

14 июня 2010 (среда).

Эксперимент по попытке реализовать право осужденных на обжалование действий администрации ИУ в судебном порядке, предусмотренное статьями 15 и 20 Уголовно-исполнительного кодекса РФ, закончился полным провалом.
Испытано на себе! Доступ осужденных к правосудию и статьи 15 и 20 УК РФ – декоративная фикция. А не реально работающие нормы.
Когда я обжаловал в Мамадышском суде действия администрации ФБУ КП-17, меня отфутболили. Мол, не оплачена госпошлина. Обратился с ходатайством, так мол и так, не имею возможности оплатить, т.к. на территории ФБУ КП-17 не работают учреждения. Принимающие платежи, к тому же мои доходы – ниже прожиточного минимума, поэтому прошу предоставить отсрочку в оплате госпошлины. Предоставили. С точки зрения логики отсрочка должна быть до момента появления у меня возможности оплатить госпошлину, то есть освобождения. Но у суда своя логика. Вчера и сегодня мне вручили три Постановления Менделеевской службы судебных приставов о взыскании с меня трех пошлин (по 200 р. Каждая). Я-то эти суммы оплачу, не проблема, но как быть зекам, у которых нет такой возможности? Остается только одно – не обращаться в суд. даже если администрация будет беспридельничать. Потому как наличие иска для зека – это серьезная головная боль. К примеру, с иском нефиг рассчитывать на УДО.
# # #
Вчера вечером снова ездил на погрузку сена. Лепота! Но резко похолодало. Это что. Лето совсем кончилось? Или еще вернется?
# # #
Узнал от Лейсан, что «Мемориал» подал заявление в Европейский суд по правам человека с требованием признать противоречащим европейским правовым нормам Приговор Кировского районного суда Казани от 26 ноября 2010 года. Признаться, больше рассчитываю на Верховный Суд России. Хотя бы потому что он рассмотрит мою надзорную жалобу намного быстрее, нежели ЕСПЧ.
# # #
Пришла бандероль от Рэма Латыпова. А в ней книжка «Оппозиция 2010 60 биографий», выпущенная центром «Панорама». Между Сергеем Митрохиным и Алексеем Навальным «затесался» и я. Признаться, неплохая получилась компания. Из тех с кем, что называется лично знаком: Виктор Алкснис, Александр Белов, Борис Березовский, Сергей Гуляев, Михаил Делягин, Оксана Дмитриева. Александр Лебедев, Алексей Мельников, Сергей Митрохин, Владимир Рыжков, Виктор Шейнис, Григорий Явлинский.

15 июля 2010 (четверг).

Гоголь отдыхает! Вся колония напряглась, в коридорах штаба – тишина, сотрудники старались лишний раз не ходить из кабинета в кабинет, и тем более выходить на улицу, перекурить. А все потому, что в колонию «прибыл Уполномоченный по правам человека в РТ». Начальник колонии лично встретил Уполномоченного, показал спортзал, музей, правел по кабинетам, по зоне, колонии-поселению. Потом увел в кафе. Где они не спеша отобедали.
«Что за напасть?» - терялся я в догадках .Госсовет РТ вроде бы только на прошлой неделе утвердил нового Уполномоченного – Санию Сабурову… Подошел к водителю:
-Кого привез?- говорю.
Водитель узнал меня:
- Рината Фердинатовича.
-А кто это такой? Чем занимается?
- Шакиров, он в аппарате уполномоченного по правам человека работает, в Казани…
Немая сцена… Почти по Гоголю.
# # #
Вечером выдавали зарплату. Из Дигитлей перечислили. Кому 600, кому 800, а кому и всю 1000 рублей. А ночью, когда я уже спал, проснулся от «разборок». Старожилы убеждали «дигитлинских», что надо сдать по 100 рублей «с носа» «на нужды барака».
-С теми, кто не сдаст, будет лично Салахов (и.о. начальника колонии-поселения) разбираться. Оно тебе надо?
Человек десять решили не связываться, не искушать судьбу. Остальные решили посмотреть за развитием событий. Я тоже решил понаблюдать. Угроза подключения Салахова – это блеф? Это реальность? Если реальность – это, вообще-то вымогательство.
К слову, ко мне с предложением сдать 100 рублей «на барак» почему-то никто не подошел. Заведомо знают, что пошлю далеко-далеко.

16 июля 2010 (пятница).

Вселенская благодать снизошла на ФБУ ИК-10. Здесь содержаться не только зэки, но и личная лошадь начальника УФСИН РФ по РТ. На днях кобыла генерала ожеребенилась. И в честь этого знаменательного события Хамадишин решил навестить колонию, полюбоваться жеребенком.
Начальник ФБУ ИК-10 уже в 7 утра был на работе. Сотрудники суетились, не зная чего ждать – то ли барского гнева, то ли наоборот.
Но до колонии генерал так и не добрался. Проехал по полям колониальным, полюбовался жеребенком и убыл в Казань.
А колонию посетил его заместитель – полковник Матросов, который провел какое-то совещание с сотрудниками, отобедал и тоже поехал домой. Чай пятница, конец рабочей недели, надо к домочадцам вернуться пораньше.
# # #
Между тем у Марселя Мифтиханова всё в порядке. А вчера были серьезные опасения, что парень остался без глаза. Дело в том, что Марсель работает на тракторе и вчера у «Беларуси» что-то замкнуло в электрике, и трактор загорелся. Вместо того, чтобы отбежать от горящей техники, Марсель бросился перекрывать подачу солярки в двигатель…в результате у парня обгорели руки. Правда, не очень сильно, терпимо. И что-то попало в глаз, от чего он перестал видеть именно этим глазом. По-хорошему, надо было бы его сводить в больницу. Но кто же повезет зэка к вольным врачам? Живой же! Да и ходит!
Посмотрел я глаз Марселя, глазное яблоко вроде бы не повреждено… Сделал компресс из чая и уложил спать. К утру глаз зафункционировал.
Марсель не нарадуется, что и в ШИЗО его не закрыли, и суд по рассмотрению его ходатайства об УДО, назначенный на 19 июля, от менять, переносить не стали. С мыслями о доме, что там и обгоревшие руки заживут быстрее, Марсель с утра уехал на прополку картошки.
# # #
Подготовил и отнес в спецчасть надзорную жалобу в ВС РФ по поводу постановления Вахитовского районного суда РТ, отказавшегося признать незаконным бездействие прокурора РТ Амирова К. Ф.. проигнорировавшего моё заявление о возбуждении уголовного дела в отношении начальника СУ СК при прокуроре РФ по РТ (теперь уже бывшего) В.Г. Киршина.
В колонии ЧП! Конечно, не такое, как побег осужденного, но тоже «хлопотное». При побеге хоть все знают что делать, действия сотрудников расписаны. А тут…все с тревогой смотрели на флагшток, и смотрели в полной растерянности. Упал флаг. Татарстанский. Впрочем, если бы упал Российский, на упавшее полотнище смотрели бы так же растерянно…

17 июля 2010 (суббота).

В «аквариум» (так здесь называют КПП, где я «несу службу» ) вошел один из сотрудников колонии. Увидел книгу «Оппозиция 2010», полистал и толи радостно, толи с сожалением вздохнул:
- Маловато в России оппозиционеров… Даже на один барак не наберется…

18 июля 2010 (воскресенье).

В восемь вечера пацаны приехали с «Весеннего». Сказать что уставшие – ничего не сказать. Правильнее – изможденные. Шутка ли, уезжают в шесть утра, возвращаются в восемь – полдевятого. Без суббот, без выходных Если бы труд, действительно исправлял, то из ИК-10 все должны освобождаться академиками Лихачевыми и матерями Терезами в одном лице. Но, увы. Рабский труд едва ли кого исправит. Ничего кроме ненависти к такому труду ,12-13 часовой рабочий труд привить не может.
Поражает рабская покорность. Все бояться, напуганы, как тараканы, никто не возмущается, не требует соблюдения исполнительного законодательства.
Продолжаю отстаивать свои права. Сегодня «сцепился» с оперативным дежурным. Когда пацаны приехали с «Весеннего», оперативный дежурный вздумал построить всю колонию-поселение для проверки. Демонстративно не встал в строй, прогуливаясь около барака.
-Осужденный Муртазин! Встаньте в строй! – потребовал дежурный.
- И не подумаю! – говорю – По распорядку дня, утвержденному начальником колонии, с 20.00 до 21.30 – личное время.
- Вы отказываетесь выполнять мой приказ?
- Я отказываюсь не выполнять приказы начальника колонии и министра юстиции России, конкретно приказ №205 от 26 ноября 2005 года, которым утверждены Правила внутреннего распорядка согласно пункта 33 которого, проверки проводятся утром и вечером в часы, установленные распорядком дня…
Офицер распустил строй:
- Ирек, ну что ты выпендриваешься ? Трудно было постоять пять минут? И зачем при людях начал качать права?
-Но ты ведь тоже при людях повысил на меня голос. Мне такое обращение к себе не нравится. В следующий раз припираться не буду, а ничего не говоря уйду в казарму, имей в виду.
Так и живем.

19 июля 2010 (понедельник).

По данным НИИ ФСИН России 47% браков «зеков» распадаются. Думаю, что многие женщины разводятся или не приезжают на свидания из-за процедуры унизительного досмотра, которой подвергаются все лица, идущие на свидание.
Ну а как не проверять, если порой случаются такие ЧП. Как произошло сегодня. Женщина лет 30-32
Приехала на длительное свидание. Собака учуяла наркоту. Женщину подвергли тщательному досмотру (все законно, досмотр осуществляли сотрудники ИК-10 женского пола) и из заднего прохода достали «шмаль» (сверточек с наркотой). Ну не дура ли? Муж сидел. Теперь и она сядет. Лет не 5-6. По ст. 228 УК РФ.

21 июля 2010 (среда).

Определить кто из них судья, а кто прокурор было решительно не возможно. Судья был не в мантии, а прокурор – не в форме. Подъехали они вместе на одной машине, были в хорошем настроении, о чем-то дружелюбно беседуя, проследовали в режимную зону. Вышли часа через полтора, не больше. В таком же хорошем настроении. Так же дружелюбно беседуя.
За полтора часа пребывания в «зоне» успели провести «выездное заседание менделеевского районного суда» и рассмотреть шесть дел: два о смене режима отбывания наказания с общего на колонию-поселение и 4, наоборот, с колонии-поселения на колонию общего режима.